Книга [де:КОНСТРУКТОР] Терра Инкогнита, страница 109 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

Она помолчала. А потом добавила:

— У нас проблемы, Кучер.

Полторы тонны мяса, когтей и зубов встали между мной и Серёгой, который барахтался в грязи, пытаясь отползти, но болото держало его, как клей. Нас с динозавром разделяло всего три метра.

Тварь склонила морду к воде, к нему, и длинная пасть начала раскрываться, обнажая ряды игольчатых зубов, между которыми тянулись нити мутной слизи.

Стрелять в шкуру бесполезно. Я видел бугры костяных наростов вдоль хребта, видел, как чешуя на боках вздымается толстыми пластинами, покрытыми грязью и водорослями. Автоматная пуля калибра 5.45 отрикошетит, как горох от стены. Стрелять в голову можно, но Серёга лежал прямо под тварью, и промах означал дырку в парне вместо дырки в ящере.

Нужно переключить динозавра на себя.

Правая рука нащупала в грязи что-то твёрдое, длинное, холодное. Кусок арматуры, торчавший из размытого основания ближайшего столба. Пальцы сжались, плечо отозвалось тупой болью от операции, и я рванул. Арматура вышла из бетонного крошева с хрустом, сантиметров шестьдесят ржавого металла, увесистого, как хороший молоток.

Я размахнулся и швырнул.

Бросок одной левой был кривоват, но дистанция компенсировала. Арматура ударила тварь в бок, чуть позади передней лапы, туда, где пластины чешуи сходились под углом и оставляли узкую полоску незащищённой шкуры.

Глухой стук. Как по автомобильной покрышке, набитой песком.

Тварь дёрнулась. Морда отвернулась от Серёги, и жёлтый глаз нашёл меня. Зафиксировал. Зрачок сузился в щель.

Привет. Я здесь. Давай разберёмся.

Барионикс развернулся всем корпусом. Вода вспенилась от движения хвоста, прокатившись волной по болоту. Массивные задние лапы перестроились, переместив центр тяжести, и я успел подумать, что эта штука двигается в воде куда быстрее, чем на суше.

Рывок. Тварь выстрелила вперёд, как торпеда, оттолкнувшись задними лапами от вязкого дна. Мощно, взрывно, подняв за собой шлейф грязной воды. Узкая пасть распахнулась, и зубы-иглы метнулись ко мне, целя в грудь.

Я не отступил. Некуда было. За спиной болото, илистое дно, в котором «Трактор» увязнет по бедро, если попытаться маневрировать. Тяжёлая инженерная модель создавалась для другого. Для того, чтобы стоять.

Ноги упёрлись в дно. Ил спрессовался под подошвами, давая жёсткую опору. Полтора центнера аватара врослив болото, как бетонный столб.

Челюсти щёлкнули в полуметре от лица. Дохнуло рыбной тухлятиной, горячей и влажной, от которой заслезились глаза. Я качнулся влево, пропуская морду мимо, и ударил.

Приклад автомата врезался в кончик носа твари, туда, где хрящ и нервные окончания, где кожа тоньше и чувствительнее всего. Старый приём из рукопашки, только вместо человеческой переносицы была морда длиной в метр.

Хруст. Отдача прошла через приклад в плечо, и правая рука взорвалась болью от кисти до лопатки. Я стиснул зубы и удержал хват.

Барионикс отшатнулся. Мотнул головой, разбрызгивая слизь и бурую болотную воду. Из ноздрей потекла тёмная кровь. Тварь попятилась на шаг, ошеломлённая, оглушённая, и сделала то, что делают все крупные хищники, когда добыча даёт сдачи.

Открыла пасть для рёва.

Широко. Во всю ширину длинных узких челюстей, обнажив розовую глотку с мягким нёбом и рядами загнутых внутрь зубов. Ревела она низко, утробно, и вибрация от этого звука ощущалась грудной клеткой, как стоячая волна от близкого взрыва.