Книга Маскарад Мормо, страница 186 – Мария Понизовская

– Позвольте представить вам ЕленуЛарину, – продолжал говорить он, откинувшись на спинку кресла. – Студентку второго курса исторического факультета, кафедра истории России до начала XIX века. Сокурсница Ивана и Михаила.

Диль кивнул названным «кентавристам», сидящим на последнем ряду. Парта между ними пустовала, и Лена, верно истолковав подтекст доцента, смущённо улыбнувшись, направилась прямо туда.

– Всем п-привет, – на ходу пробормотала она.

И села на свободное место, игнорируя Мицкевича, сверлящего её недобрым взглядом. Улыбнулась Акимову. Тот коротко кивнул в ответ, не отрывая глаз от Диля.

Этим лингафонным кабинетом явно давно не пользовались по назначению. Лена всегда пропускала пары по иностранным языкам, и Альбина постоянно ругалась из-за этого, пока ей не надоело. Но проводить лишние часы в окружении компьютеров, наушников, микрофонов и аудиоцентров Лене было без надобности. Её вызывали несколько раз в деканат, были даже угрозы отчисления. Но с горем пополам ей удалось сдать английский на недавней сессии – не без помощи талисмана удачи, как она полагала. И мухлежа. Тем не менее пропусков за минувшие месяцы накопилось достаточно, чтобы ясно осознавать – время уже поджимает. Впрочем, Лена и не собиралась задерживаться здесь до конца года. В конце концов, большая часть плана уже была выполнена. А дальше… дальше они с Котовым придумают что-то ещё.

– Она перевелась к нам в начале этого года из… – Доцент сделал паузу, бросив на неё многозначительный взгляд.

– Из Покровского университета, – быстро озвучила она свою привычную легенду.

– Верно, – Диль улыбнулся.

Ему это не шло.

Шторы были задёрнуты, в помещении было темно. Чёрные глаза почти сливались с тенями, падающими доценту на лицо. И улыбка казалась слишком ненастоящей, слишком белозубой.

«Он догадывается, – флегматично подумала Лена, отводя взгляд. – Он ничего мне не сделает. Не сейчас».

У него не было никаких доказательств. А она больше никогда не останется с ним наедине.

В кабинете было душно, пахло старой мебелью и книжной пылью. Обтянутые потёртой кожей сиденья стульев скрипели от каждого движения «кентавристов». Наушники, зацепленные за перегородки на столах, были потрескавшимися и такими пыльными, что казалось, к ним не прикасались лет десять. Лена не понимала, зачем они вообще здесь всё ещё нужны. Альбина говорила, что этот университетникогда не страдал от нехватки финансирования. А в последние годы приток инвестиций явно усилился: во многих кабинетах появилось новое оборудование и свежая отделка.

Но только не здесь. Слава Предкам. Чем больше электроприборов работало вокруг, тем больше травяного настоя требовалось в себя вливать. Её давно уже тошнило от вкуса крепко заваренного вёха.

– Как я уже сказал ранее, – голос Диля был мягким и вкрадчивым, – сегодня мы снова поговорим об обрядах. Как элементах культуры.

Ларина не стала смотреть на доцента, хотя и чувствовала на себе его взгляд.

Что-то легонько коснулось ноги. Скосив глаза, Лена увидела, как Мицкевич суёт ей записку под столом. И не нужно было особо присматриваться, чтобы прочитать довольно крупное – «Какого чёрта, Ларина?».

Она неопредёленно мотнула головой, а потом сказала беззвучно, одними губами:

– Кто бы говорил.

Ваня возмущённо фыркнул. И согнулся над партой, принимаясь что-то активно строчить.