Онлайн книга «Пять замерзших сердец»
|
Анаис Суббота, 12 мая 2001 г.: есть улучшения Я не заявлю о чуде и не подумаю, что мадам Жамбон – всемогущая волшебница, но буду честной и констатирую: мое возвращение в коллеж стало почти несобытием. От меня отвязались. Друзья и подруги были суперсчастливы и радостно вопили. Остальные притворялись безразличными – «мол, нам по фигу!» Не знаю, что случилось, что было сказано, все просто занялись другим. Мы – я и моя семья – больше не входим в топ горячих новостей. Тем лучше!!! Я не сразу взялась за дневник. В первый день подумала: «Не говори гоп!» – была уверена, что маленький говнюк из 6-го через неделю устроит мне какую-нибудь подлянку, но ошиблась. Я вернулась десять дней назад, и вот вам мой вердикт: я снова Анаис, обычная девчонка из пятого класса. Моя мать сидит в тюрьме, всем это известно и всем плевать. Подумаешь, незначительная деталь богатой событиями жизни коллежа. И вправду чудо… Флориан Тысячи звезд на небе, Тысячи птиц на деревьях, Тысячи цветков в саду, Тысячи пчел на цветках, Тысячи ракушек на пляжах, Тысячи рыб в морях. И одна, только одна мама. С праздником, мамочка! Я тебя люблю. Анаис Воскресенье, 27 мая 2001 г.: грустный День матери Сегодня День матери. Но нашей рядом нет. Нет мамы, нет праздника. Мы поехали к бабуле Жо, ей позвонили всего раз, как будто у нее осталась одна дочь. Мы очень мило поболтали с тетей Натали по телефону. Она скоро снова приедет (в прошлом месяце они с мамой встретились в тюрьме). Похоже, ей тоже придется сходить в комиссариат. Натали сказала, что использует эту возможность, чтобы увидеться с сестрой. Мы с тетей редко видимся – летом и на Рождество. Жалко, что она не живет рядом с нами. Я люблю ее, мою тетю. Думаю, она тоже всех нас очень любит. Она часто звонит. Скажем честно – веселиться нам не сильно хотелось. Фло плакал. Я пыталась его развеселить: «Ты молодец, написал красивое стихотворение и послал маме чудесный рисунок. Вот она обрадовалась!» Я ничего не отправила. В моем возрасте милых стишков не сочиняют… Это чистая правда, но строчки Фло едва не довели меня слез. Мама ведь у нас и правда одна, и это бесценно, но любить человека, запертого в бетонной клетке, очень трудно, вот почему я заплакала над стихотворением о небе, звездах, море, животных и цветах… Маму разлучили с природой. Я думала обо всем, чего она больше не переживет, обо всем, чего сейчас не видит. Она угадывает небо сквозь решетку, через которую и луч света с трудом протискивается. А что насчет всего остального? Ничего. Жизнь мамы – грязные стены, звяканье ключей, скрип дверей, запах пота, немытых тел и хлорки. Природа у нее существует только в воображении. Думаю, она бы многое отдала за букет цветов, их яркость и аромат, за горизонт над морем, прогулку в парке, возможность погладить кота и услышать шум прибоя в раковине… Когда же, когда это станет возможным?! Папа уже не отвечает «скоро». Он молчит. Иногда пожимает плечами. Потому что не знает. Или знает, но предпочитает не говорить. У него усталый вид и нет больше сил врать. Марк На День отца дети побаловали меня за двоих: преподнесли вдвое больше подарков, произнесли вдвое больше нежных слов как единственному имеющемуся у них в настоящее время родителю. Я никогда еще не был так растроган, хотя понимал, что и Анаис, и Фло просто пытаются заполнить пустоту. |