Книга Последний выживший самурай. Том 1, страница 43 – Сёго Имамура

«Не думай об этом», – приказал себе Камуикотя, когда голова загудела от мыслей, теряя ясность и сосредоточенность. Два года назад руки японцев дотянулись и сюда.

Сначала айнам разрешили остаться на обжитых местах, где их семьи работали поколениями, но, судя по всему, обстоятельства у японцев снова изменились. Японцы были истинными хозяевами своего слова – сами давали, сами и брали назад.

Японцы пришли в три соседствующие деревни, включая ту, где жил Камуикотя, и заявили, что в течение нескольких дней айны должны покинуть свои дома. Тогда три деревенские старосты собрались обсудить положение.

– Нам ничего не остается, кроме как сдаться, – сказал Ивакеси, глава одной деревни.

Ивакеси был старше Камуикоти более чем на тридцать лет, ровесником покойного отца юноши. Все знали, что постигло тех, кто оказал сопротивление на юге. Поэтому в его деревне, по-видимому, решили, что другого выхода нет. Они наверняка считали, что можно перебраться в другие деревни, переселиться на земли японцев или пойти каждый своим путем.

– Разве это не глупо? – возмутился Утариан, глава соседей.

Камуикотя уже стал главой, несмотря на молодость, да и Утариан был всего на год старше. Тоже слишком юн для своего положения. Их родители были хорошими друзьями, а они сами – ровесниками, поэтому юноши дружили с детства.

– Почему мы должны отдавать землю, тем более – японцам? – яростно спрашивал Утариан.

Камуикотя думал точно так же. Он не знал, насколько обширна земля, которой владели японцы, но, по крайней мере, ее должно было хватать для проживания. Так почему же японцы прибирают к рукам все больше? Этот вопрос всегда его тревожил.

– Не только земли. Японцы отнимают у нас даже наши занятия, наше пропитание.

Айны и японцы вели совершенно разный образ жизни и поклонялись разным богам. Японцы отбирали все, вмешиваясь во все традиции айнов, приказами заставляя от них отказаться, существовать так же, как они, и поклоняться тем же богам. Многие айны считали это куда большим унижением, чем лишение земли.

– Скоро они запретят нам даже охотиться, – продолжал Утариан.

Японцы собирались заставить айнов возделывать поля, одалживая им сельскохозяйственные орудия, которыми айны тоже не могли владеть по закону. Традиционно айны жили охотой, и для них такая смена занятий и питания стала бы слишком резкой. Если бы им просто велели заниматься земледелием, то еще ничего. Это можно делать, не отказываясь от охоты.

Однако японцы, похоже, не одобряли охоту как таковую, и многие айны опасались, что в итоге ее запретят совсем.

Испокон веков айны питались мясом, а рога и шкуры обменивали на другие вещи. Однако главная беда заключалась не только в том, что этот способ заработка мог исчезнуть. Охота для айнов была тесно связана с верованиями. Они считали, что во всех живых существах обитают боги. Во время охоты айны возвращали богов на небеса. Для них она была и религиозным обрядом.

Поговаривали, что японцы, даже если не запретят охоту, все равно будут требовать использовать ружья. Но ведь освободить дух можно лишь луком и стрелами. Айны считали убийство животного неизвестным оружием кощунственным по отношению к богам.

– Это еще неизвестно, – остановил его Камуикотя.

Конечно, многие опасались. Но на самом деле охоту еще не запретили.