Книга Посредник, страница 126 – Женя Гравис

– Ага. Прилип как горчичный пластырь, – кивнул Митя. – Не отклеюсь, пока кого-нибудь из вас не припечет.

– С интересом буду ждать. Кстати, на вас, говорят, покушались?

– Для серьезного покушения сработано слишком по-дилетантски. Стрелок промазал.

– Я бы не промазал, – заявил Лазарь Платонович и стянул зубами со шпажки все закуски разом, тщательно прожевал и довольно зажмурился. – Для обращения с метательным оружием нужна сноровка.

– А у вас она имеется?

– У меня есть древний египетский лук, – широко улыбнулся Зубатов и поковырял пустой шпажкой в зубах. – В гробнице нашел. Могу показать.

«Издевается?»– подумал Митя. Еще бы сюда этот лук притащил и начал демонстрировать, как он действует. Некромант продолжал лучезарно скалиться, подставив загорелое лицо прохладному ветру.

– Осмотрю ваш арсенал с большим интересом, – невозмутимо ответил сыщик. – Может быть, эта старинная стрела с четырехзвездным наконечником и красным оперением, не попавшая в меня, прекрасно к нему подойдет. А про покушение вам кузина Аделаида рассказала?

– Точно. Она, правда, уверена, что хотели убить ее. Я бы не удивился, если честно. Она многим доставила… хлопот.

– Ваш цинизм меня иногда поражает. На ее долю и так пришлось много невзгод. Смерть детей, затем мужа…

– О да. Ужасная трагедия, – согласился Зубатов и прикрыл глаза, рассматривая стройный силуэт мадам Симы невдалеке. – А она не рассказала вам, что после этого несчастья еще четыре раза выходила замуж? И четырежды становилась вдовой.

Лазарь Платонович отпил из стакана, наслаждаясь произведенным эффектом и давая сыщику время на обдумывание.

«Вот же провокатор копченый!»– обозлился про себя Митя. Но в ответ сдержанно улыбнулся и произнес как можно естественнее:

– Она поведала куда более интересные сведения. О том, что вы, например, практиковались не только на павших животных, но и на мертвых людях…

И замер, ожидая реакции.

– Так и есть. – Зубатов даже бровью не повел. – Было дело. Знаете, когда конкуренты замуровывают вас в подземелье, ради спасения поднимешь из мертвых не только фараона, но и всю его армию рабов. Все-таки удачно, что египтяне предпочитали упокаиваться в большой компании. Как думаете?

– И в каком веке это было? – парировал Митя.

Зубатов не ответил. Оба понимающе переглянулись. Археолог явно получал удовольствие от этой словесной пикировки, хотя большинство подначек с обеих сторон пролетели мимо, как неудачно пущенные стрелы.

– Лазарь Платонович, у вас такой… солнечный пес. – Возле них вдруг возникла дочка священника Вера. Тихо встала рядом и сложила руки под широкими рукавами черного платья. Точь-в-точь как ее отец.

Вера смотрела на бегающего по кладбищу Стикса с нескрываемым восторгом, а Зубатов покосился на девушку как-то недоуменно.

– А правда, что вы приехали из Африки? – продолжила она. – Там красиво?

– По-своему да, – задумчиво ответил Зубатов. – Пустыня на первый взгляд кажется мертвой и безжизненной, но это не так. Весной она ненадолго оживает. Нил, маленькие ручьи и вади[26]разливаются, и по берегам цветут полевички и ажрек. На водопой приходят мохнатые верблюды и рогатые антилопы. И даже мой любимый оазис Аубари немного разрастается. Представьте себе озеро сверкающей зелено-голубой воды посреди песка, пышные пальмы вокруг… Вода соленая настолько, что разъедает кожу, но она же способна давать жизнь растениям…