Онлайн книга «Злодейка желает возвышения»
|
— Ты нашла меня.— прошептал он. — Нашла, — улыбнулась я, опускаясь перед ним на колени. Мгновение было драгоценным. Я знала, что нас могут услышать, посему следовало торопиться. Опустив голос до едва слышного шепота, я сказала: — Ваше Величество, слушайте меня внимательно. Что бы вам ни говорили, генерал Яо верен вам. Он любит вас как родного брата... Его глаза расширились. — Но он ушел… — Он ушел не потому, что бросил вас. Он ушел, чтобы набраться сил и вернуться, чтобы защитить. Чтобы никто и никогда не мог причинить вам вред. Помните это. Не доверяйте всем подряд. Сейчас даже самый добрый человек может оказаться страшным врагом. Я увидела, как в его глазах загорелся огонек понимания, маленькая искра надежды в том море лжи, что его окружало. Он снова бросился ко мне в объятия, и я на мгновение прижала его к себе, чувствуя, как хрупка детская вера. — Какая трогательная сцена, — раздался позади шум, и мы узнали интонацию нашего сопровождающего. Он стоял в нескольких шагах, и на его лице застыла маска презрительного спокойствия. Он открыл рот, чтобы добавить что-то, что, несомненно, должно было отравить этот миг. Но слова застряли у него в горле. Из-за поворота аллеи, сопровождаемая свитой придворных дам и евнухов, медленной, величавой походкой выплыла сама вдовствующая императрица Джан Айчжу. Ее лицо, невозмутимое и холодное, как резная нефритовая маска, было обращено прямо на нас. На меня. Кто-то донес. Кто-то всегда доносит. Время застыло, как озеро в зимнюю стужу. Взгляд Джан Айчжу, тяжелый и безразличный, скользнул по мне, и в нем не было ни капли интереса. Просто пыль, соринка на рукаве ее власти. Она не удостаивала меня своим вниманием все эти недели, и я не удивлялась. В ее глазах я была ничем, мелкой неприятностью, которую следовало изолировать, а не удостаивать аудиенцией. Но так было не всегда. Всплыла память, острая, как клинок. В прошлой жизни мне удалось переиграть эту старую тигрицу. Я была моложе, прекраснее, и слова мои находили дорогу к сердцам и ушам чиновников, чьи интересы она так долго игнорировала. Мысль, дерзкая и внезапная, уколола меня: а почему бы и нет? Я снова здесь. Я все так же молода. Все так же знаю, какими слабостями болен каждый значимый сановник при дворе. Разве это не новый старый путь? Однако все смолкло,когда она остановилась на Юнлуне. Мальчик, обнимавший меня, задрожал, отпустил руки, отстранился и выпрямился. Он... поклонился... Джан Айчжу. Немыслимо. А она даже не сделала подобие поклона, наоборот, сдвинула брови и часто-часто задышала, выказывая свою немилость. — Твое Величество, — ее голос был ровным, но каждый слог обжигал, как пощечина. — Разве этикет не учит тебя, что императору не подобает общаться с подлой тварью и возможной изменницей? Ее место в темнице, которую мы по необходимости и доброте пожалели. Аты якшаешься с ней, словно она твоя сестра. Юнлун весь напрягся. Он не просто не любил бабку — он ненавидел ее тихой, детской, но абсолютной ненавистью, что пылала в его глазах ярче любого костра. — Она не изменница! — выкрикнул он, и весь сад ахнул от ужаса. Перечить старшим, да еще и вдовствующей императрице? Это было неслыханно. — Она добрая! А генерал… — Молчать! — ошеломленно взвизгнула Джан Айчжу. Лицо ее оставалось неподвижным, но я увидела, как побелели костяшки ее пальцев, сжимавших руку служанки. — Твое поведение недостойно. Раз ты забыл о долге и уважении, тебе напомнят о них. Палки! |