Онлайн книга «Убийство в час быка»
|
Рука Евгения замерла над проигрывателем: музыки не хотелось. Этот проигрыватель являлся его любовью и гордостью – не какой-то навороченный музыкальный центр с бездушными электронными записями, а последней модели аппарат для прокручивания винила, звучащего так живо и неповторимо. Подарок младшего брата, знающего, чем порадовать старшего! Евгений коллекционировал пластинки с подросткового возраста, когда они считались дефицитом, к сожалению, винил вышел из моды слишком быстро. Но сейчас даже любимые записи не смогли бы улучшить его настроения, поэтому Евгений вернулся к столу и сел, откинувшись на спинку кресла. Он ощущал ломоту во всем теле – нужно срочно договориться о тренировке, иначе он превратится в Буратино, а то и вовсе в полено, из которого папа Карло вырезал деревянного мальчишку! Евгений снова поднялся, закатал, по обыкновению, рукава и подошел к окну. Стоя, сделал несколько упражнений на растяжку. Он еще не стареет, но телу уже требуются дополнительные нагрузки, чтобы оставаться в форме: в двадцать и даже в двадцать пять ему казалось, что он может переваривать гвозди и сворачивать горы, но теперь он точно знает, на что способен, а что не стоит и пытаться делать. Кто-то постучал в дверь, и Евгений поморщился: никакого покоя в собственном доме! – Я принесла чай с мятой, – сообщила Мила, входя. – А то ты все глушишь кофе на работе, а это вредно для желудка! Он сразу почувствовал себя виноватым. – Спасибо. Ответ прозвучал слишком коротко, чтобы ее удовлетворить. – Что случилось? – спросила Людмила, передавая мужу чашку с блюдцем. – Случилось? – он сделала глоток. – С чего ты взяла? – Мы слишком давно вместе! – Пора разводиться? – Не язви, я серьезно! Все из-за того бомжа? Евгений лишь неопределенно хмыкнул. – Твоя приятельница репортерша, похоже, снова ищет свидетелей? – не желала униматься жена. – Видела объявление бегущей строкой… Все плохо, да? – Не так уж и плохо, – улыбнулся он, зная, что она видит его отражение в темном стекле окна. – Кое-кого нашли. – Серьезно? – Она не видела преступления, а лишь слышала, как его обсуждали впоследствии. – Ты считаешь, этого достаточно? – Будет непросто… – Так вот что тебя беспокоит? – Беспокоит – меня? Ты преувеличиваешь! – Брось, Женька, в чем дело? – Ладно, – он повернулся к Миле лицом, – проблема действительно есть. Теперь я работаю не один, а с парочкой следаков… – Снова? – перебила она. – Ты же говорил, что больше никогда… – Все меняется. И потом, я не веду дело – ну, в буквальном смысле, – а только надзираю за следствием, что, собственно, и является моей обязанностью, верно? – Не ври! – покачала головой Людмила. – Ты расследуешь – разве не для этого нанял детишек? – Я их не нанимал, просто… – Не играй словами! – перебила она. – Ты по уши влез в это дело: собираешь доказательства, гоняешь своих ребят опрашивать свидетелей… – Откуда ты знаешь? – Пообщалась с ними, пока тебя разыскивала, – в день, когда ты напивался на пляже в Комарово. – Вот трепачи малолетние! – Они тобой восхищаются. – С чего ты взяла? – Очень уж стараются заслужить твое одобрение. А ты поступаешь как рабовладелец: сам отправляешься расслабляться, а ребятишек оставляешь работать! – В этом преимущество субординации: кто-то внизу пищевой цепочки, а кто-то… |