Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 136 – Евгений Бочковский

– Именно так, мистер Холмс! – Всё так же дружественно улыбался мистер Кьюсек, хотя вспыхнувшее в глазах пламя выдало, как задела его шутка моего друга. – Я приду к вам завтра. И, клянусь, не с пустыми руками!

– Непременно. – Холмс тоже поднялся с кресла. – Жаль, если мне так и не придется побывать в самом дорогом номере самого дорогого отеля в Лондоне.

– Ах, это! – Пренебрежение у мистера Кьюсека выскочило запросто, будто в его глазах «Космополитен» ничем не отличался от ночлежек в трущобах. – Мистер Холмс, вам доведется подержать в руках, быть может, самую феноменальную драгоценность в Англии!

Из записей инспектора Лестрейда

29 декабря 1891 г.

– Должен сказать, сэр, что эта история с графиней выглядит слишком странной. Вроде бы надо, не теряя времени, искать похитителя, а я так толком и не пойму, что же произошло.

Откровенностью, с которой он так запросто признается в собственной растерянности, сержант Гуайр располагает к себе. До чего же легко с людьми, напрочь лишенными честолюбия! Убеждаюсь в этом в который уже раз как человек, напротив, по общему мнению, чрезвычайно честолюбивый. Да, Гуайр из таких. При этом он рассудителен, умеет наблюдать, но, похоже, совершенно не имеет ничего против того, чтобы и дальше прозябать в своем участке. Толковые и нередко чрезвычайно умелые в своем ремесле, такие люди в деле собственного продвижения зачастую проявляют себя полнейшими недотепами. Сержант говорит просто, без затей, не пытается ошеломить дерзкой и оригинальной версией, предпочитая помалкивать и держать при себе то, чему пока не нашлось подтверждения. Такие всегда незаметны, точнее их польза, которая в действительности может быть весьма ощутимой.

Случай с карбункулом графини Моркар, сам по себе скандальный из-за известности и предмета кражи, и его владелицы, вдобавок произошел еще и при вопиюще нелепых обстоятельствах. Его немедленно передали в Ярд, но, поскольку никого из департаментских на месте происшествия не было, вникать в подробности случившегося мне приходится с помощью сержанта Гуайра из ближайшего к Брикстон-роуд участка. Поздний вечер вот-вот сменится ночью, в которую вряд ли удастся сомкнуть глаза хоть на час. Повезло же нам в этом году с Рождеством!

– Рассказывайте, сержант.

– Сегодня ближе к вечеру ее светлость в сопровождении своего секретаря поехала к нотариусу обсудить вопросы, касающиеся поместья в Девоне, и на обратном пути по Брикстон-роуд ей вздумалось зайти в лавку некой Маргарет Окшотт. Та разводит птицу на продажу. Леди Моркар в приближении праздника поддалась особенному настроению, и ей захотелось лично выбрать гуся к столу. Она разговорилась с Окшотт, и торговка предложила ей пройти на задний двор, чтобы посмотреть, так сказать, варианты. Секретарь неотлучно был с нею.

– А камень?

– Это самое интересное. Я слышал, сэр, кто-то из ваших в Ярде предупредил ее светлость насчет Хорнера. Он недавно вышел из Принстауна. Не знаю, как графиня, а ее секретарь после этого потерял последний покой и взялся нас донимать: мол, будьте любезны, обеспечьте безопасность, схороните, пожалуйста, вашего умельца на все руки в Нью-Гейте или отправьте на каторгу.

– Он приходил к вам в участок?

– Да, сэр, потому что Хорнер обретается здесь, на нашей территории. Да и «Космополитен», где живет леди Моркар, отсюда недалеко. Он просил дежурного полисмена, чтобы приглядывал у отеля.