Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 117 – Евгений Бочковский

– Милый, мы едем венчаться. Не правда ли, я здорово придумала?!

– Господи! – вырвалось у меня.

До тех пор, пока такой расклад маячил где-то вдали неясной перспективой и я мог с безопасного расстояния приглядываться к воображаемой семейной жизни, мне казалось, что совсем не так уж плохо было бы жениться на Мэри. Но как только перспектива вынырнула из засады и по-разбойничьи представилась в лоб почти свершившимся фактом, я поймал себя на отчаянном желании вырваться из захлопывающейся мышеловки, не притрагиваясь к сыру. Поэтому мои руки, вместо того чтобы заключить в объятия невесту, сжали тисками мою собственную голову.

– Только не говори, дорогой, что ты не рад!

– Нет, конечно же, рад, – промычал я. – Но это так неожиданно.

– Так было задумано, – с широкой улыбкой раскрыла свой секрет Мэри. – Это мой сюрприз тебе. Хотя после вчерашнего ты мог бы догадаться.

– Догадаться о чем?

– Что нам давно пора пожениться, вот о чем! Посуди сам, Джон, мы встречаемся уже целую вечность!

– В четверг будет две недели, – уточнил я.

– Вот и я о том же.

– Мэри, это чрезвычайно ответственный шаг, – заговорил я, стараясь взять твердый, убеждающий тон, хотя голос мой тоскливо подвывал. – Прикиньте хорошенько, пока еще есть время, не слишком ли вы торопите события?

– Тороплю?! – изумилась она. – Да я сдерживалась лишних три дня, иначе ты бы получил свой подарок на свадьбу еще в прошлую субботу. К чему тянуть кота за хвост, Джон? Что мы такого узнаем друг о друге, чего еще не знали? Милый, да мне кажется, будто я знакома с тобой с детства! Такой ты мне сделался родной.

Я хотел возразить, что за такой срок невозможно узнать друг друга, что человек слишком глубок, многогранен и противоречив и возможны всяческие нелицеприятные открытия. Но тут же поймал себя на том, что за несколько свиданий рассказал о себе абсолютно всё, да еще и ухитрился успеть присочинить не так уж мало. Всё то немногое, что имело место в моей жизни и составляло мою сущность, уместилось в неполный час нашей первой беседы и в последующих разговорах только повторялось, приукрашивалось и затерлось до того, что я и сам уже избегал этой темы. Глубок? Противоречив? Чего уж лгать себе, это-то точно не обо мне! Мало кому удалось бы вместить собственную характеристику в одну-две фразы, но я бы вошел в скромное число тех, кто справился бы с поставленной задачей. Что ж, значит, это судьба – так, что ли?

– А ваши родители, мисс Сазерлэнд? – предпринял я последнюю слабую попытку, вспомнив о миссис Уиндибенк. Я не имел сил отказать Мэри, но и огорчать ее мать мне не хотелось.

– Мама в полном восторге от тебя, милый! Только и говорит, как мне повезло встретить такого человека. Разве ты этого не заметил сам?

Вспомнив, в какую благосклонную мину обратилось в последние дни миловидное лицо миссис Уиндибенк, я осознал, что мои доводы закончились и следует стоически принять всё как есть, а там будь что будет. Но каков Дойл! Угадал, предвосхитил или накликал? А ведь еще совсем недавно вопрос миссис Хадсон на сей счет показался мне таким нелепым. И надо ж тебе, вот оно – женитьба!

Тем временем мы подъехали. При виде возвышенно-сурового церковного профиля, столь близкого и как бы нависшего на фоне неба, я ощутил слабость в ногах. Мой нетвердый выход из экипажа, едва не закончившийся падением в пыль, не укрылся от глаз невесты. Поэтому она оставила меня набираться сил в маленьком скверике, а сама отправилась под величественные своды обсудить всё необходимое со священником.