Книга Клан, страница 67 – Кармен Мола

– Пока мы ее не идентифицировали, но теперь ты видишь, что все подстроили?

Ордуньо говорил так осторожно, словно шел по минному полю, не представляя, какой будет реакция Рейес. Марьяхо предоставила ей необходимые разъяснения:

– Видео, на котором Элена убивает Рентеро, создано искусственным интеллектом при помощи игрового движка «Unreal engine». Когда неизвестные взломали нашу сеть, в их распоряжении оказались многочасовые записи, на которых присутствует Элена. При помощи этих изображений они натренировали искусственный интеллект, а затем наложили настоящий визит Элены на визит истинной убийцы, этой особы с татуировкой на голове, добившись полного совпадения их движений в момент убийства. Результат получился настолько реалистичным, что мы не смогли заметить подделку.

– Откуда мы знаем, что подделка – это видео с Эленой? – заговорила молчавшая до сих пор Мириам. – Ты говоришь, что подделано видео с Эленой, но как ты можешь доказать, что запись с другой женщиной настоящая? Она тоже могла быть сфабрикована искусственным интеллектом.

– Я могу показать тебе процесс создания этого видео. Есть записи, на которых ИИ все еще делает ошибки. Все они на этом жестком диске.

– Откуда у тебя этот жесткий диск, Марьяхо?

– Я же сказала: мне прислали его домой. Кто – не знаю.

Прежде чем пригласить коллег в офис на Баркильо, Марьяхо решила, что скроет имя создателя видео. Кроме того факта, что женщина, с которой он говорил в суде, была убийцей Рентеро, Ариц ничего не смог добавить. Она же передала ему видеозапись с камеры в кабинете комиссара. Нетрудно было догадаться, какими связями обладали люди, стоявшие за всеми этими преступлениями: убит высокопоставленный сотрудник полиции, по ложному обвинению арестован инспектор, они даже сумели заставить прокуратуру понизить запрашиваемый для Арица срок. Назвать сейчас его имя означало бы толкнуть парня в центр урагана. Поэтому она попросила его на некоторое время исчезнуть из Мадрида. Возможно, они с матерью смогут пожить в каком-нибудь португальском или французском городке. Оставаться в Мадриде им было слишком опасно.

– В воздухе висит еще много вопросов, Мириам, – сказала Марьяхо. – Но одно мне совершенно ясно: нет никакого смысла держать Элену в тюрьме.

– Ты уверен, что тебе туда надо?

Церковь находилась в конце торговой улицы Уэст-Пойнта и представляла собой хлипкую деревянную постройку, выкрашенную в белый цвет. В дверях толпилось множество мужчин и женщин – возможно, по случаю Рождества, хотя Сарате не знал, к какой конфессии относилась эта церковь. Знал только, что проповедует в ней генерал, получивший во время второй гражданской войны прозвище Принц за то, что при нападении на очередную деревню любил включать на полную громкость запись этого американского певца. Больше всего ему нравилась песня «Little Red Corvette»[2].

– Ведь я смогу с ним потом поговорить?

– Больше, чем от меня, ты от него все равно не услышишь.

Присутствие Сарате стесняло Мосеса. Пока они с Амирой пробирались сквозь толпу, Анхель ловил на себе взгляды прихожан, нечасто встречавших белого на местных службах, но отказаться от такой возможности не мог. Он должен был добраться до генерала. Сарате заплатил Мосесу Ка шестьсот евро за рассказ о том, как они с Субигараем разыскивали Аркади Ортиса. Сипеени оказался призрачной личностью. В Либерии о нем ходило много слухов, начиная с молвы о том, что он поселился в каком-то отдаленном племени, и заканчивая описанием его участия в каннибальских ритуалах либерийских солдат. Однако все как один утверждали, что оружие он поставлял тем, кто больше платил, хотя его союз с такими генералами, как Принц и Белый Глаз, считался довольно прочным. Некоторые даже заявляли, что Аркади Ортиса убили при нападении на испанское посольство, а под именем Сипеени скрывался совсем другой белый. Мосес и Субигарай так и не смогли добраться до него и установить его личность, уж не говоря о том, чтобы взять интервью или сфотографировать. Все собранные свидетельства испанский журналист получил от третьих лиц – либерийцев, утверждавших, что кто-то из их знакомых принадлежал к окружению Сипеени.