Книга Зверь, страница 146 – Кармен Мола

На долю секунды Доносо подумал, что речь идет о перстне с молотами – он до сих пор хранил эмблему, извлеченную из горла Хуаны, хотя не собирался ни оставлять ее себе, ни продавать, будь она хоть сто раз золотая. Но предложенное ему кольцо не имело к перстню никакого отношения. Это был поддельный бриллиант в дешевой серебряной оправе. Доносо уже хотел раздраженно отогнать мошенника, как вдруг в голову ему пришла сумасбродная идея.

– Сколько за него хочешь?

– Шесть реалов, и оно твое.

– Четыре.

Доносо забрал кольцо за пять – ему не хотелось давить на продавца, и он удержался от соблазна назваться полицейским, которым больше не был. Он позволил себя обмануть, ну и пусть! Кольцо лежало у него на ладони. Оно станет символом его желания посвятить жизнь Гриси. Заботиться о ней, и не только. Обращаться с ней как с королевой. Стать не просто ее почитателем, но и преданным, верным спутником, искренним, заботливым другом, который живет только для нее, только ради нее. Наверное, наивно было мечтать, что Гриси согласится носить это кольцо… Но Доносо чувствовал, что готов начать жизнь с чистого листа. Во мраке умирающего от грязи и холеры города для него забрезжил луч надежды!

Радостно, чуть ли не насвистывая, Доносо шагал по улице Кава-Баха. Давно у него не было так легко и приятно на душе. Он вошел в подъезд, и его сразу окликнула Сесилия, морщинистая, как ствол старой оливы, соседка:

– Приходили военные и увели женщину.

Доносо, задыхаясь, вбежал в квартиру. Там царил беспорядок, свидетельствовавший об отчаянной борьбе. Пол был усеян осколками любимого фарфорового сервиза его жены. Перевернутые стулья, скомканная скатерть, парадный кивер королевского стражника, прежде торжественно висевший на стене, а теперь закатившийся в угол, довершали картину.

– Военные? Ты уверена? А монаха с ними не было?

– Монаха не было, сеньор Гуаль. Только солдаты. Они сказали, что она больна холерой, и увезли ее в лазарет Вальверде.

Доносо не верил в эти сказки, ведь еще несколько часов назад, когда он уходил в Министерство юстиции, у Гриси не было никаких симптомов болезни. Очевидно, ее увезли насильно, и он не понимал почему. Он вытолкал за порог Сесилию, захлопнул за ней дверь и опустился на диван. Сильная головная боль мешала сосредоточиться. Что случилось? Почему ее увезли? Неужели он никогда не сможет отделаться от Зверя, вырваться из заколдованного круга этой истории? В одном он был совершенно уверен: солдаты не случайно явились именно тогда, когда его не было дома.

Вскоре после того, как Доносо потерял глаз, ему довелось прочитать пятистишие Бретона де лос Эррероса, который тоже был одноглазым, и он запомнил его наизусть:

Один – чтоб набираться впечатлений.

Немногие знают, что слепые глаза тоже проливают слезы. Доносо вынужден был согласиться с Диего: эта история оказалась гораздо серьезней, чем можно было предположить. Зверь, карбонарии… Похоже, их щупальца опутали весь город. Он порылся в кармане и достал кольцо с поддельным бриллиантом. Повязка на его глазу постепенно намокала.

Доносо ездил в лазарет Вальверде всего три дня назад, чтобы сообщить Ане Кастелар о смерти Диего и попросить помощи с похоронами. Теперь он уже не был полицейским и не мог войти в лазарет без пропуска или специального разрешения, поэтому ему снова нужна была Ана.