Онлайн книга «Изола»
|
– Нет, слишком приятно. Не знаю, сколько времени мы так пролежали вместе, ведь в нашу каюту не пробивались ни свет, ни воздух. Мы тесно сплелись телами. Та одежда, что на нас осталась, насквозь промокла от пота. Огюст целовал мои обнаженные ключицы. Я нежно обнимала его голову. – Если нас вдруг разлучат, ни на миг не забывай, что у тебя есть я, – сказал мне Огюст. – Отныне мы навек вместе, и никакая разлука нам не страшна. Понимаешь? Не успела я ответить, как послышались шорох и стук. – Выходите, – тихо позвала нас Дамьен. – Его лодка плывет назад. Мы так и подскочили. – Почему так быстро? – прошептала я. Впрочем, может, я сама потеряла счет времени? – Наверное, что‐то случилось, – предположил Огюст, пока я расправляла платье. – Иначе зачем так спешить? – Вдруг на него напали? – встревожилась я, припомнив рассказы о воинах, стрелах и копьях. Что, если они скоро захватят наш корабль? Гадать не было времени. Огюст быстро отпер дверь и вышел в соседнюю каюту. Я же так и осталась сидеть на кровати. Ко мне тут же забежала Дамьен. – Скорее, наклони голову! – потребовала она. Пока она расчесывала и заплетала мне волосы, я пыталась успокоиться. Мне чудилось, будто Огюст все еще ласкает меня губами и пальцами. – Роберваль появится с минуты на минуту, – прошептала няня и нахмурилась, но храбро осталась со мной. – Дамьен… – начала я. – Пойдем сядем за стол. Не успели мы занять свои места, как услышали, что к нам идет корабельное начальство, уловили нетерпеливую поступь моего опекуна и голос штурмана. Огюст принялся линовать бумагу. Дамьен взялась за шитье и кивнула мне, чтобы я последовала ее примеру. Мгновение – и она уже ловко клала стежок за стежком. Я же даже не успела взять в руки иголку, как Роберваль со спутниками зашел в каюту. – Мы обнаружили четыре маленьких острова, – на ходу сообщал капитану Жан Альфонс. – И пока я наносил их на карту… Опекун перебил его: – Мы обогнули один из них и увидели три корабля, плывущих на восток. – Чьи же они? – встревоженно спросил капитан. – Жака Картье, – ответил штурман. – Не может быть! – воскликнул капитан. Мы с Огюстом подняли глаза. Даже Дамьен прервала работу. – Получается, он хотел встретиться с нами и потому плыл в нашу сторону? – предположил капитан. – Вопрос, конечно, хороший, – ответил Роберваль, посмотрев на Огюста. – Когда мы приблизились к «Гранд-Эрмину» [13], экипаж встретил нас с изумлением. Мы поднялись на борт, и Картье поприветствовал нас лично. – Куда же он тогда плывет? – спросил капитан. Роберваль все еще буравил Огюста взглядом. – Почему ты еще не готов? Секретарь взял перо. – Теперь готов. – Это не ответ на мой вопрос, – буркнул мой опекун, но развивать тему не стал. – Записывай, – приказал он и, встав рядом, начал диктовать: – Восьмой день июня, год тысяча пятьсот сорок второй от Рождества Христова. – Огюст быстро записывал его слова, а Роберваль тем временем продолжал: – Мы встретились с Картье. Судя по его удивлению, он совсем нас не ждал. Я спросил о его колонии Шарльбур-Руаяль, и тут он попросил разговора наедине. Я согласился и вот что узнал в частной беседе. Его люди претерпевают большие лишения. Запасы провизии и топлива иссякли еще зимой, потому что местные окружили поселенцев и убивали всякого, кто только осмеливался выйти наружу. От рук дикарей погибли тридцать пять колонистов, а еще двадцать не перенесли болезней и голода. – Все это мой опекун сообщил весьма ироничным тоном, словно история была преувеличенной, но потом вдруг посерьезнел. – По этим причинам те, кто остался в живых, взбунтовались и объявили, что больше в колонии не останутся. Картье, напуганный отчаянными настроениями бунтовщиков, принял решение сдаться и оставить Шарльбур-Руаяль. Он приказал погрузиться на корабли и взять курс домой, во Францию. Суда только успели отойти от берега, как мы, слава Господу, их перехватили. |