Книга Игра, страница 100 – Ян Бэк

Еще меньше Мави была в состоянии поверить в то, гдеона сидела: в машине, которая им не принадлежала. Это был старый дребезжащий внедорожник, которому самое место на свалке. Но легче от этого не становилось.

Они его угнали.

Нет, Силас его угнал. Из пристройки к конюшне, в одном-двух километрах к югу от закусочной, из которой они сбежали. Могло быть и четыре, и десять, и полкилометра – Мави теперь уже не смогла бы сказать. Мальчик взял на себя инициативу, и она, словно под гипнозом, пошла за ним. Очень быстро на них не осталось сухой нитки, будто после купания.

Они были ворами, циничными ворами, а Мави этого не хотелось. Сопротивлялась ли она? Нет. Просто стояла и смотрела, как Силас возился с машиной, пока та не ожила. Откуда он знал, как это делается? И есть ли у него права? Такие ужасно банальные, житейские вопросы занимали мысли Мави. Возможно, потому, что иначе на первый план вышло бы то, о чем нельзя было думать.

Резня в Гамбурге.

– Садись! – позвал ее Силас, и она села. Они поехали, насквозь мокрые, через несколько километров включили печку, пытаясь обсохнуть при помощи системы вентиляции, что оказалось делом абсолютно бесперспективным. Однако через некоторое время салон нагрелся, и в мокрой одежде стало вполне сносно.

За первый час пути они с Силасом не проронили ни слова.

Мави напряженно смотрела в окно, пытаясь любоваться непогодой, разразившейся над севером Германии, рассматривать луга, леса и озера, редкие машины, попадавшиеся им навстречу. Гадала, отчего так много местечек, о которых она никогда в жизни ничего не слышала. Чтобы как-то гнать от себя мысли о немыслимом.

И все равно Гамбург ее нагнал, а вместе с городом – и вилла Науэнштайн, которая, в свою очередь, напомнила о двух людях, которых она еще недавно – исключительно для себя самой – объявила умершими.

Теперь они действительно умерли.

Что же случилось? Резня– понятие, означавшее убийство. Но кому это понадобилось и зачем? И почему подозревают теперь ее? Мави понимала, что быстрых ответов ей не найти. Но и знала, что так не должно было случиться. Как бы она ни презирала этих двоих, такого они не заслужили.

– Машину мы вернем, – вдруг сказал Силас. Видимо, он понял, что ее беспокоит факт угона.

– Да. – Других слов Мави не нашла.

– Скоро будем в Нойбранденбурге, – добавил он и показал на экран телефона с активной навигацией.

Сколько осталось до Штеттина? Да и хочет ли она туда? Все стало вдруг странно бессмысленным. Кто она, откуда она, и что этот скорпион делал у нее на спине – ответы на эти вопросы она охотно бы обменяла на жизнь, которой жила всю последнюю неделю.

– Нам скоро придется заправиться, – вернул ее Силас к мыслям о машине.

Она уже увидела красную лампочку на приборной доске. Но что, если их уже объявили в розыск? Полиции точно известно, что она вместе с Силасом. Нельзя, чтобы их видели вместе. Заправки – опасное место. Как и автобан, магазины и любое другое место, где есть люди.

– Черт! – выругался он и сбавил скорость.

Мави испуганно посмотрела туда же, куда смотрел мальчик. Она думала, что увидит полицейскую машину, но это было поваленное дерево, лежавшее поперек дороги. Переехать его было невозможно даже на внедорожнике. Такой же невозможной казалась мысль о том, чтобы освободить дорогу или объехать препятствие. Они оказались заблокированы.