Книга Игра, страница 102 – Ян Бэк

Адам услышал звон, явно не похожий на шум, который стоит в ушах после двенадцатичасовой смены на посту охранника. Он тяжело выдохнул и повернулся на другой бок. Кто бы ни стоял за дверью, мог бы уже сообразить, что открывать ему не собирались.

Не прошло пяти секунд, как снова резко позвонили.

Свидетели Иеговы?

Он представил, как толчком распахивает дверь перед носом нарушителя спокойствия и всыпает тому по первое число. Но уж слишком он для этого устал.

Никого нет дома. Вали!

Но тут зазвонили со всей дури.

Адам откинул легкое одеяло и вылез из постели. Он проковылял по коридору, отпер дверь и увидел…

Мика Кирковски.

– Мик?

– Приветики, Адам! – выпучился на него обкуренный тип, после чего протопал мимо него в квартиру.

– Тебе чего?

– Э? – не оборачиваясь спросил Кирковски. Он прямой наводкой шагал на кухню.

Адам потер голову, ощущение было, что в висках до сих пор бился ритм нескольких последних часов. Кружилась голова, да и сердце стучало сильнее обычного. Его организм, должно быть, находился сейчас в фазе глубокого сна, пытаясь восстановиться после нагрузки. Когда работаешь охранником на многодневном мероприятии в стиле техно, выбирать не приходится. Тут тебе и шум, и толпа, и адреналин. Теперь Адаму был необходим отдых.

– У тебя хлеб есть? Как это у тебя нет хлеба?

– Что тебе нужно, Мик? – повторил вопрос Адам, глядя на своего шарящего по шкафам так называемого друга. Этот, где бы он ни был, всегда чувствовал себя как дома.

– Давай не все сразу, – ответил Кирковски, скосив глаза и смотря мимо Адама. – Слышь, я, блин, голодный.

– Что ты здесь делаешь?

– Хлеб ищу.

– Слушай, Мик. Я устал как собака. Так что скажи, чего тебе, и вали отсюда. Усек?

– Э! Ты поаккуратнее с базаром. Мне от тебя ничего не надо. Это я тебе кое-чего подарю! Подоподарюрюрю! – бормотал он скаля зубы.

Он, как обычно, косил под Удо Линденберга. Женщинам эта манера, может, и нравилась, на Адама же производила впечатление ровно обратное.

– Пошел вон отсюда!

– Стоп, Адам, стоп, – стал защищаться непрошеный гость, выставив вперед ладонь. – Давай я объясню, окей? Блин, Адам, ты счастливчик! Я слишком обдолбан для работы всей моей жизни. Так вот, дорогой мой друг, я и подумал… – Он сделал паузу, прошаркал ближе, положил руку Адаму на плечо и продолжил:

– …что ты не только со снаряжением подмогнешь, если ты понимаешь, о чем я, но и знаешь, что нравится женщинам.

– Я этим больше не занимаюсь, – ответил Адам, он понял, куда клонит Кирковски. Ему не раз приходилось впрягаться за своего друга юности, который, бывало, взяв проститутку, лыка не вязал. Он сбросил с плеча руку Кирковски. – И кстати, ты разве не говорил, что хочешь завязать?.. Стану солидным– не твои были слова?

– Да! – пискляво выкрикнул Кирковски, будто отколол шутку века. – Конечно, конечно, так и есть, дорогой мой друг, и это… подельник. Но послушай, я же говорю, работа всей моей жизни. Твоей жизни! Пять тысяч евро, чувак. За один только вечер! Один! Вечер! – Он выудил из кармана штанов клочок бумаги и протянул его Адаму, гнев которого между тем перерастал в интерес.