Книга Камеристка, страница 5 – Дина Зарубина

Вернулись мужчины.

Потек вежливый разговор, в котором я участия практически не принимала. Поддакивала словам мачехи, кивала на слова отца, признавая его светочем во внешней и внутренней политике, сельском хозяйстве, торговле и промышленности.

И напряженно размышляла, как избежать клятвы и что задумали мачеха со сводной сестрицей.

[1] Гродетур — плотная немнущаяся шелковая ткань репсового переплетения,шла на платья, рясы духовенства, портьеры.

Патер Корелли обмакнул печенье в вишневый взвар и откусил половинку.

— Ну, это же просто, дитя мое, — снисходительно сказал он. — Судя по обмолвкам твоих родственниц… Что есть у тебя такого ценного?

— Ничего, патер, вы же знаете. Бабушкина брошка?

Серебряная, с мелким речным жемчугом. Единственное мое украшение, которое я прятала за планкой плинтуса. Цена ей динер в базарный день, но Рута сломала бы просто из желания сделать пакость. Там же я хранила узелок с мелочью. Походы на рынок и по лавкам приносили монетку-другую. Много я утаить не могла, мачеха не хуже меня знала цены, и сдачу пересчитывала внимательно, но я торговалась, как дракон за сокровище, за каждый медный сентеф.

— То, что нельзя купить, — прищурился патер.

— Э-э… честь? — удивилась я. Рута не девица? Мне такое и в голову не могло придти. То-то мачеха была так зла на нее вчера.

— Уверен в этом. Граф вернет ее с позором, если это обнаружится. Свадьба, пьяный мужчина, темнота и вот искомое пятно на простыне. Все довольны и счастливы.

— Кроме меня.

— А твое счастье в их планы и не входит. Надеюсь, ты не настолько наивна?

— Это же подлость! — я вскочила и нервно зашагала по комнатке патера. — Подмена!

— О, подложить одну сестру вместо другой ради громкого титула — это не подлость, а стратегия, — хмыкнул патер. — Ее бы одобрила любая мать, любящая свою дочь.

— И что же мне делать? Мачеха уже сундуки укладывает, свадьба через три дня! Даже мне сшили два новых платья. Я не смогу не поехать в замок графа.

Патер задумчиво погладил бородку.

— И они что-то говорили насчет клятвы на алтаре. Зачем это?

— О как! Да, твоя мачеха не мелочится. Клятва на алтаре предназначена для того, чтоб ты их не выдала, не могла навредить или ослушаться. Есть и другие детали, зависит от слов клятвы. Она ложится удавкой на шею и если ты предаешь, она задушит тебя.

Я машинально обхватила горло ладонью. Как страшно! Стать фактически рабыней злобной дряни! Не сомневаюсь, участь моя будет незавидной! А жизнь — недолгой.

— Как этому противостоять?

— Противостоять… — патер подергал бородку. — Можно противостоять. Если ты уже связана клятвой верности. Последующая просто соскользнет с тебя. Либо изменить кровь зельем. Либо патер, закрепляющий клятву, будет на твоейстороне, и прочтет то, что тебе не навредит.

— Мачеха ходит к патеру Августу. Он суров и непреклонен.

— Наш настоятель сегодня уехал в столицу, у него дядя умер, — подмигнул патер Корелли.

— Патер! — я опустилась на колени и молитвенно сложила руки.

Патер погладил меня по голове.

— Не проси, дитя, пресекать несправедливость мой пастырский долг. Думаю, леди Тессера придет в храм послезавтра. Я приму ваши клятвы.

Я поцеловала морщинистую руку патера и прижалась к ней щекой. Как много он для меня сделал! Трогательный момент нарушило хлопанье дверей и топот многих ног.