Онлайн книга «Камеристка»
|
Жених был… Наверное, в молодости он был красив. Высок, строен, широкоплеч. Но сейчас это была заплывшая салом огромная глыба. Я попыталась подсчитать на глаз, сколько из него можно было выкроить Рут. Получилось шесть или даже шесть с половиной. Гродетуровый[1] камзол, белая рубашка, бархатный кафтан. Но на кафтане засаленные обшлага и клапаны карманов, плохо замытые пятна на груди. Рубашка плохо отглажена и отвратительно накрахмалена, вместо задорного пышного жабо — жалкие, обвисшие тряпочки. Граф Эрнан Левенгро либо совершенно распустил слуг, либо не имеет достаточно денег на вышколенную прислугу. Я бы его камердинера уволила. Теперь я начала рассматривать лицо графа. Несомненно, когда-то он производил впечатление. Сейчас овал поплыл, нос испещрили красные прожилки, складки уродовали щеки, под глазами мешки. Давно не мытые светлые кудри падали на плечи, усеивая их перхотью. А на макушке светлела заботливо прикрытая прядями плешь. Лысеющие мужчины правда уверены, что никому не видны их жалкие ухищрения? Граф пьет, и пьет сильно. Он неопрятен и груб. На секунду мне стало жаль Руту. Не хотела бы я оказаться во власти такого мужчины. Сразу видно, что он жесток, капризен, властен до деспотизма. Я у такого даже служить бы не захотела. Видно, что Рута ему абсолютно безразлична, ему нужно только ее приданое. Он с трудом терпит ее светское щебетание, и не затыкает только из-за присутствия родителей. Если Рута рассчитывает на блеск столичных балов, приемы и роскошные платья, она будет разочарована. Сразу после свадьбы он отправит ее в замок и будет наезжать пару раз в год делать детей. А приданоеразмотает на карты, кости, охоту и вино. А Рута и сейчас несносна, беременная станет вдвое невыносимей. Мужчины удалились в курительную. Папенька похвастался новым сортом сигар. — Перестань пялиться на моего жениха! — Рута вскочила и уже стояла передо мной, сжимая кулаки. — Если ты рассчитываешь на его внимание… — Заткнись, дура! — пошипела мачеха тихо, но явственно. — Придержи язык! Рута изумленно захлопала ресницами. Второй раз получить отповедь?! — Но, маменька! — Хочешь предстать перед будущим мужем склочной ревнивой идиоткой? Рута не хотела. Но глазами сверкнула многообещающе. — Мирандолина поедет с тобой в замок. Экономкой. Граф согласился. — Сообщила мачеха. — Но, мама! Я не хочу ее видеть! — взвилась Рута. — Она нам никто! С какой стати… — Кажется, я поставила не на ту лошадь, — пробормотала мачеха, отводя взгляд. — Дитя мое, я желаю тебе самого лучшего. Все эти годы я растила из Миры умелую и искусную помощницу. Рута сморщила нос. — Ты тотчас же прекратишь ребяческие глупости! — надавила мачеха. — Мира позаботится о твоем благополучии, комфорте и о подобающем обслуживании. А меня-то и забыли спросить! Прислуживать ломаке, лгунье, просто подлой девке? Которая не питает ко мне никаких добрых чувств? Хорошо, что выучка сказалась: в лице я не изменилась. — Она принесет клятву у домашнего алтаря! — пообещала мачеха, а я напряглась. Это что еще за новости? — Все равно ее со мной не спутать, даже в темноте! — Фыркнула Рута. — Вино нам в помощь, — вскользь заметила мачеха, и они обе взглянули на меня одинаково хищно. Хорошо, что моя привычная маска вежливого равнодушия не треснула под их пристальными оценивающими взглядами. Мне даже зябко стало на миг. Счастья они мне точно не желали. Не тот человек моя мачеха, а к Руте и вовсе спиной лучше не поворачиваться. Кому надо сравнивать меня с Рутой? Зачем? |