Книга Эгоистичная принцесса, страница 112 – Ада Нэрис

— Рэйдо, — прошептала она. — Ты был там. Ты был на суде. Ты был на казни. Кто заставил тебя поверить в мою вину? Кто дал тебе эти доказательства?

Она вспомнила его лицо тогда — не сегодняшнее, живое и любящее, а то, застывшее, ледяное, пустое. И впервые задумалась: а что, если он тоже был жертвой? Что, если ему тоже лгали, манипулировали им, использовали его как оружие?

Эта мысль обожгла её новой, странной болью. Болью не за себя — за него. За того Рэйдо, который, возможно, тоже носил в душе незаживающую рану, сам не понимая, что стал пешкой в чужой игре.

Скарлетт сжала кристалл в ладони. Холод его больше не пугал. Он был частью их обоих.

— Я узнаю правду, — пообещала она кристаллу, себе,ему, той первой Скарлетт, что умерла на плахе. — Я узнаю, кто это сделал. И тогда…

Она не договорила. Потому что не знала, что будет тогда. Месть? Правосудие? Прощение? Она не знала. Но знала одно: она не остановится, пока не перевернёт каждый камень, не заглянет в каждую тень, не вытащит на свет каждого, кто причастен к её смерти.

Кристалл в её руке, казалось, чуть потеплел. Или это её ладонь сжимала его так крепко, что передала ему своё тепло.

За окном щебетали птицы, и утреннее солнце заливало покои золотым, живительным светом. Но Скарлетт, сидящая перед зеркалом со стиснутым в руке кристаллом, была сейчас очень далеко от этого солнечного утра. Она была в прошлом. В том страшном, кровавом прошлом, из которого она вернулась, чтобы наконец понять правду. И готова была идти до конца, даже если этот конец разрушит всё, что только начало зарождаться в её душе. Даже если ей придётся пожертвовать этой хрупкой, только что родившейся надеждой. Потому что без правды надежда была лишь иллюзией. А иллюзий Скарлетт больше не могла себе позволить.

Архив дворцовой стражи располагался в цокольном этаже восточного крыла, в месте, куда редко заглядывало солнце и где даже воздух, казалось, застыл в многовековой неподвижности. Сюда вели узкие каменные лестницы, охраняемые лишь одним старым, полуслепым стражником, который получал щедрую мзду от тех, кто хотел сохранить свои визиты в тайну. Скарлетт знала эту дорогу. В прошлой жизни она несколько раз приходила сюда, пытаясь найти оправдания своим страхам или доказательства чьей-то вины. Теперь она возвращалась с иной целью — холодной, методичной, лишённой эмоций.

Она спустилась по стёртым каменным ступеням, и сырой, затхлый запах вековой пыли и старых пергаментов ударил в ноздри. Факелы на стенах горели тускло, чадя и оставляя копоть на низких каменных сводах. Длинные ряды деревянных стеллажей, уходящих в темноту, были заставлены папками, свитками и книгами в кожаных переплётах. Здесь хранилась вся история королевства — от налоговых отчётов до донесений тайной стражи.

Скарлетт прошла в самый дальний угол, туда, где хранились отчёты о деятельности Культа Тьмы за последние несколько лет. Она знала эти полки ещё с прошлого визита, когда искала связь между нападениями и приближёнными к трону. Тогда она не нашла ничего,кроме хаотичных, разрозненных записей о жестокости и бессмысленных убийствах. Но теперь она собиралась смотреть иначе.

Она сняла с полки первую стопку пыльных папок, уселась на единственный деревянный табурет у небольшого стола, на который падал тусклый свет масляной лампы, и начала работать.