Онлайн книга «Хозяйка «Волшебной флейты»»
|
Я оглянулась на Лесси. Моя служанка напевала себе под нос, раскладывая еду по тарелкам. Я спросила: – Лесси, ты что, тоже поёшь? – Прощенья просим у барынь, – испуганно сказала девочка, оборвав песню. Но Варвара Степановна нахмурилась, подходя ближе: – А ну, спой ещё. Только погромче! Выпрямись. Вытянувшись в струнку, Лесси стрельнула на меня глазами и послушно запела: – Что стоишь,качаясь, тонкая рябина… Я не верила своим ушам. Да, у неё был приятный высокий голосок, но я никогда не подумала бы, что эта тростиночка способна ТАК петь! Чисто, звонко, кристально даже! Так поют хрустальные бокалы, так поют мальчики в церковном хоре, так поют соловьи… И моя служанка. Лесси самозабвенно выводила песню, карабкаясь голосом на невообразимую высоту, в полную силу, закрыв глаза и наслаждаясь самим процессом. А Варвара Степановна прослезилась. Вытирая мокрые веки кончиком платка, пробормотала: – Сподобила Богиня… – а потом прикрикнула на Лесси: – Замолчи! Оборвав песню на высокой ноте, девочка захлопнула рот и даже рукой его прикрыла, со страхом глядя на строгую певицу. А та повернулась ко мне и сказала требовательно: – Я буду работать с ней. Даже не спорьте! Такие голоса встречаются раз в столетие! Уникальное колоратурное сопрано! Она станет знаменитой оперной певицей, если вы не загубите талант на корню. – Я не загублю, – торопливо отказалась я. – Помогите мне с остальными девушками, а Лесси пусть занимается с вами. Если надо, я заплачу за её занятия. Лесси тихонько ахнула, ещё сильнее зажала рот. Варвара Степановна отмахнулась: – Это я должна вам приплачивать, душечка… Каждый преподаватель мечтает встретить в своей жизни такой яркий и не огранённый талант! Она повернулась к Лесси и сказала внушительно: – Не петь без меня. Не пить холодную воду. Не есть острое и солёное! Беречь горло от сквозняков, понятно? Девочка закивала, и я успокоила певицу: – Я прослежу, не волнуйтесь. – Занятия начнём завтра. Думаю, что смогу вывести на хороший уровень трёх из пяти девушек. Всего хорошего, Татьяна Ивановна. Она ушла, а я повернулась к Лесси, вопросительно подняв брови. Девчонка бухнулась на колени и заломила руки: – Барыня, не гневитесь! Не виноватая я! Простите меня, глупую, вообще больше никогда петь не стану, только не гневитесь! – Станешь, милая моя, станешь, – почти с угрозой сказала я ей, поднимая за руки и помогая встать. – Ты, Лесси, станешь такой певицей, какой свет не видывал! – Барыня ни за что не позволит, – грустно ответила служанка. И я поняла, что она говорит о мадам Корнелии. – Барыню я беру на себя, – отмахнулась. – Что у нас сегодня на ужин? – Капусточка, охотничьи колбаски и «дворцовый»супец. Барыня изволит откушать? Она снова превратилась в вышколенную служанку, но я погрозила ей пальцем: – Лесси, прекрати мне это! Представь только: ты станешь певицей! Настоящей, знаменитой! Толпы поклонников будут кричать твоё имя под окнами… А ты: «барыня изволит откушать»! – Дак не стала ж ещё, барыня, – рассудительно ответила девочка. – А ну как и не стану? Что ж, службы лишаться зазря? Усмехнувшись, я хотела потрепать её по плечу, но не стала этого делать. Всё же Лесси неожиданно очень умная и не по годам серьёзная, панибратство может её обидеть. Но я поклялась себе, что сделаю всё и ещё трошки, чтобы уникальный голос не пропал даром. |