Онлайн книга «Хозяйка «Волшебной флейты»»
|
– Ну не порезал же, – усмехнулась я. – Трогай, Порфирий, видишь – Елизавета Кирилловна переволновалась, ей нужно домой побыстрее. – Ах, Татьяна Ивановна! Наша кухарка готовит исключительную душепарку – вы же знаете, ото всех болезней да от нервов! Я тотчас велю сварить, как только прибудем, вы должны её попробовать! Она взяла меня за руку и заглянула в глаза. Опять эти манеры… Терпеть не могу! Но мне отчего-то показалось, что у Елизаветы Кирилловны совсем не было подруг, и она была настолько одинока, что хваталась за каждую девушку её возраста. Мне же не жалко поужинать у княжны и поболтать с ней о том и о сём! К тому же это может быть мне очень важно. Осторожненько выспрошу у неё по поводу нравов в этом мире, познакомлюсь с укладом жизни, а ещё протекция княжны и её связи могут быть чрезвычайно полезны для музыкального салона! Мы ехали по дороге, которая пролегала между рядами равно посаженных берёз. Зелень на ветвях только-только начала кучерявиться, ещё даже не распустившись полностью, поэтому сквозь полуголые ветви можно было видеть пейзаж прекрасной русской пасторали с полями, деревушками, церковными куполами, пасущимися коровами и насыщенно-салатовыми лугами. Была бы во мне художницкая жилка, я остановилась бы здесь и рисовала, рисовала,рисовала… Но я никогда не была склонна к прикладным искусствам и даже в детстве на уроках рисования получала сплошные трояки – за упорство. Но, ей-богу, видя такой пейзаж из открытой коляски, мне ужасно захотелось его нарисовать… – Здесь так красиво, – выдохнула против воли. Елизавета Кирилловна подхватила мгновенно: – Да, окрестности Михайловска просто чудесны своей красотой! А знаете, Татьяна Ивановна, к нам приехал художник – очень именитый, если слышали, Алексей Скрябин, и он рисует окрестности. – К вам? – Да, он живёт в поместье, вы обязательно познакомитесь с ним. – А чем вы занимаетесь по жизни? – полюбопытствовала я. Княжна подняла брови, ответила с запинкой: – Как же… Поместьем. Вы знаете, Татьяна Ивановна, в имении столько дел, столько дел! – Вы занимаетесь всем сама? – О да, мне приходится. Видите ли, – у Елизаветы Кирилловны увлажнились глаза, – папенька умер четыре месяца назад, оставив все дела нам с маменькой. У него не было наследника мужеского полу, все мои братики отдали Богине душу в раннем возрасте. Посему папенька нанял мне преподавателей, отправил учиться в Европу… Но мне совершенно не по душе дела! Я в них разбираюсь чуть лучше, чем хавронья в помидорах! Хмыкнув над метафорой, я спросила: – И что же за дела в поместье? Мне действительно было интересно. Но Елизавета Кирилловна ответила размыто: – Ох, приказчики, крестьяне со своими проблемами, закупщики, поставщики… Право, я терпеть не могу дела поместья! Она вздохнула и вдруг оживилась: – Зато у меня есть школа! Я обожаю учить детей грамоте! – Школа? – переспросила я. Княжна сложила руки на груди, давая понять, что школа для неё самое приятное воспоминание в жизни: – Да! Ещё папенька организовал школу для крестьянских детей, чтобы обучать их грамоте. А я продолжила. Детки такие милые, они настолько жаждут знаний! Совсем маленькие, они прибегают на уроки и так смотрят на меня, такими глазами… Маменька не благоволит школе, она считает, что крепостным лучше оставаться неграмотными, а я думаю, что грамотные-то они нам больше урожая соберут да денег на оброк заработают. |