Онлайн книга «Хозяйка «Волшебной флейты»»
|
– Аглая, – позвалая. – Закрой дверь как можешь и умеешь, никого не впускай до моего возвращения. – Хорошо, мадам, – сказала она спокойно, но я видела, что девушка напугана. – Я скоро вернусь, – бросила ей и, потянув за руку Авдотью, пошла к выходу. У крыльца заведения стояла коляска. Не такая, как у меня, а старенькая, потрёпанная, запряжённая одной понурой лошадкой с нечёсаной гривой и куцым хвостом. Трубин широким жестом пригласил меня внутрь: – Прошу, мадам. – Сам такой, – буркнула я и увидела спешившего к нам Порфирия. Крикнула ему: – Порфирий, мне нужен адвокат, самый лучший! Немедленно! Кучер остановился, хлопнув себя ладонями по ляжкам, прикрытым кафтаном, и побежал к моему экипажу. Надо думать – побежал искать адвоката. Трубин буркнул: – Не поможет. Садитесь уже, госпожа… м-м-м… – Кленовская, – гордо заявила я и забралась в коляску, игнорируя протянутую мне руку. Авдотья плюхнулась рядом и зашептала: – Мадам, пропали мы, ой пропали! Этот полицейский настоящий зверь… Я не нервничала. Сколько раз меня забирали в полицию – не сосчитать. Ну, дадут штраф, ну, пожурят. Ничего, неприятность эту мы переживём, как в той детской песенке. Я была уверена, что с полицией всегда можно договориться. Не словами, так деньгами. Деньги у меня есть, мадам Корнелия оставила подъёмный капитал. А вот Авдотья белела, краснела, молилась. Прямо вслух, однако молилась богине. Что у них тут за религия, интересно? Мы ехали по городу, как мне показалось, в обратную сторону. К церкви. Да, точно, я же видела мельком вывеску «Полицыя», когда проезжала мимо! Значит, туда нас и привезут. А люди на нас косились, некоторые крестились даже – в основном благообразные дамочки в шляпках и с кружевными зонтиками. Тьфу на вас, дамочки! Никогда не зарекайтесь от сумы и от тюрьмы. Куда Корнелия спрятала деньги? Наверное, в сейф. Знает ли Лесси код сейфа? Сможет ли деньги взять? Или мне придётся упрашивать выпустить меня под честное слово? Как убедить полицейских в моих исключительно добрых и даже пуританских намереньях сделать из «Пакотильи» приличное заведение? Кто на нас донёс? Ксенофонт, к гадалке не ходи. Сучёныш обиделся за увольнение и решил отомстить. Удавлю гада, когда увижу. Если увижу… – Приехали, девки, слазь. Коляска остановилась перед полицейским управлением,которое было расположено очень удачно напротив церкви. Трубин выскочил первым и велел молодчикам в форме: – Ведите их в арестантскую. – Куда?! – изумилась я. – Вы что, сдурели? Какая арестантская! – А вы думали, вас пригласят в отдельный кабинет для беседы? – съязвил Трубин. – И чайку сервируют? – Конечно! – нагло заявила я. – Вы дам бросите за решётку без разбирательства? – Ай, некогда мне с вами языком чесать, – отмахнулся Трубин и ушёл. Один из полицейских подал мне руку: – Прошу, дамочка, не извольте буянить, очень не хочется вас силой… – Не буду я буянить, – буркнула. – А начальство есть какое-нибудь тут? – Так господин Трубин же. Я сошла на брусчатку дороги, Авдотья сползла следом и вцепилась в меня: – Мадам, мадам, не оставляйте меня одну, умоляю! – Да успокойся ты! Всё будет хорошо. – Ой, не верю, не верю, мадам! Отправят депешу домой, папенька узнает, богиня… – Авдотья! – рявкнула я. – Молчи! Лучше молись, так от тебя меньше шума! Она послушалась. Нас провели через приёмную, где пылинки плясали в лучах света, проникающих через плюшевые шторы на окнах, в арестантскую. Это оказалась клетка, огороженная толстыми решётками в дальнем углу зала. Один из полицейских с почтением пригласил нас войти за решётчатую дверь и повернул ключ в замке. Потом сказал: |