Книга Наследница замка Ла Фер, страница 49 – Юстина Южная

— Воистину щедро! — всплеснула руками баронесса д'Алер. — Даже не знаю, что скажет его светлость герцог на подобный широкий жест. Надеюсь, хотя бы наша любезная госпожа де Ла Фер оценит его по достоинству.

Глаза баронессы полыхали всеми оттенками эмоций: удивление, раздражение, зависть, насмешкаи, разумеется, прямо сейчас зарождающаяся в ее рыжей головке новая интрига. А уж что там творилось в глазах графа де Граммона, я даже знать не хотела — страшно.

— Все-все, — прервала нас Мадлен. — Поговорим об этом позже. Нам уже пора собираться в обратный путь. Но вот когда мы снова встретимся с вами, дорогие графини, я буду рада продолжить нашу беседу. Особенно с вами, мадемуазель Лаура.

Ее лукавый, но добрый тон подсказал мне, что герцогиня и впрямь не сердится за устроенное мной представление и, кажется, действительно предлагает нам с сестрой свою дружбу. Что ж, я о таком могла лишь мечтать. Тем более что Мадлен за эти два дня показала себя с самой лучшей стороны.

Какое впечатление произвела на нее я, оставалось только догадываться.

Один за другим аристократы раскланивались со мной и Каролиной и удалялись, дабы переодеться в дорожные костюмы и платья. Я была настолько огорошена всем произошедшим, что молча кланялась в ответ, не пытаясь больше ни с кем заговорить.

Едва гости ушли, Каролина привалилась к плечу верной Татин и слабым голоском произнесла:

— Я сейчас лишусь чувств. Воистину лишусь. Боже милостивый, Лаура, что ты тут устроила? Из-за какой-то собаки… Я не знала, куда деваться от стыда!

— Если ты заметила, граф де Граммон «из-за какой-то собаки» ударил ребенка, —ответила я, устало опуская плечи. — А потом почему-то не изъявил желания оставить щенка здесь, даже ради твоих прекрасных глаз.

— Но он… не мог так поступить. Ведь это подарок герцогу…

— Какое счастье, что все разрешилось, не так ли? Будем же благодарны за это герцогине де Монморанси. Она была более чем великодушна.

— Я и благодарна. Но, Лаура, ты в последние дни ведешь себя очень странно. Пока доктор еще не уехал, может, спросить у него про какие-нибудь настойки… не знаю… успокаивающие?

— Может, и стоит спросить, — пробормотала я, внезапно соглашаясь с сестрой. С такими нервными нагрузками мне уже, знаете ли, пора валерьянку тоннами хлестать с пустырником вприкуску.

Каролина вздохнула, выразительно покачала головой и тоже поплелась в замок, продолжая опираться на служанку. А я повернулась к Ноэлю.

Мальчик стоял тихо-тихо и по-прежнему комкал шляпу. Кажется, он прекрасно понял, что случилось, и теперь не знал, как себя вести: одно дело приютить бездомную псинку и совсем другое — точно выяснить, что она чуть ли не королевских кровей. Таких собак держат под присмотром лучших псарей, кормят отборным мясом и занимаются с ними ежедневно, приучая к дисциплине и постепенно натаскивая на разного зверя. Этот пес не для крестьянина…

— Так что, родители отпустили тебя работать в замке? — спросила я приунывшего парнишку.

— Угу. Только, говорят, шоб я домой бегал помогать, когда надо. — Взгляд Ноэля поначалу был прикован лишь к Матису, но постепенно сфокусировался на мне. — А так можно будет?

— Можно, — кивнула я. — И у меня есть для тебя важная должность. На нашей псарне в последнее время не было ни единой собаки и ни единого человека, который мог бы ими заниматься. Но, как видишь,сейчас у нас появился настоящий гончий пес, и нужно, чтобы кто-то с ним возился и обучал его. Думаю, ты прекрасно с этим справишься. — Я улыбнулась застывшему по стойке смирно Ноэлю. — Что скажешь, пойдешь к нам в псари?