Книга Подменная невеста графа Мелихова, страница 46 – Лина Деева

Незнакомец со сдавленным жалобным звуком по стеночке стёк на пол.

Хлопнули ставни.

— Прокляну-у!

И женщина медленно, но с ужасающей неотвратимостью полезла из картины. Вот легли на раму длинные бледные пальцы, вот из холста высунулась голова, вот показались плечи…

— А-а-а!

В страшную тётку полетела киянка, а сам вор-неудачник на четвереньках бросился… Нет, не к двери — здесь бы я его перехватила, несмотря на указание Аристарха не мешать. Но вместо этого он рванул к окну и, выбив стекло, рыбкой выпрыгнул наружу.

«Каскадёр хренов!»

Позабыв обо всём, включая тётку (которой наверняка был домовой), я вбежала в комнату. Подлетела к разбитому окну, высунулась в дыру и увидела тёмную, сильно подволакивавшую ногу фигуру, которая пересекала лужайку по направлению к парку.

— Держи во-о-ора! — завыло у меня за спиной, да так, что я аж пригнулась, зажав ладонями уши.

Фигура упала, видимо, споткнувшись, и дальше уже на карачках скрылась в тени ближайших деревьев.

— К реке побежал, — уже будничным тоном заметил взобравшийся на подоконник Аристарх. — Ну да пусть бежит. Другой раз сюда вряд ли сунется.

— Да уж. — Я содрогнулась, вспомнив выбирающуюся из портрета жуть. — Только кто это был?

— Какая разница, — пожал плечами домовой. — Главное, покрасть ничего не успел.

Тут он к чему-то прислушался и заметил:

— О, а вот и мужики твою прочухались. Ну, Катерина, пойду я тогда. С остальным ты и без меня справишься.

И исчез ровно в тот момент, когда в комнату с огнём и топотом вломились прислужники во главе с Тихоном.

Глава 31

— Барышня! Вы чего удумали? Кричал кто?

— Вор. — С запозданием, но меня начало потряхивать. — В дом забрался вор, я его спугнула, и он выскочил в окно.

— Вы татя напужали? — изумился Демьян, а Тихон немедленно высунулся в пробитую неизвестным дыру.

Повыше поднял фонарь, словно это могло разогнать темноту лучше, чем печальный лунный свет, и спустя короткую паузу резюмировал:

— Кусты вроде примяты, а боле не вижу ничего.

— Потому что вор убежал, — объяснила я. — К реке.

Прислужник наградил меня недоверчивым взглядом, однако его тут же отвлёк Лука:

— Тихон, ты глянь! Мешок какой-то.

— Полный, пустой? — Тихон без промедления направился в угол комнаты, где толпились остальные прислужники, старавшиеся держаться подальше от портрета, всё так же стоявшего у противоположной стены.

Лука заглянул внутрь.

— Долото да верёвка. А фонарь вон рядом валяется.

— Это вора, — пояснила я. — Он клад искал, — и беспомощным жестом обхватила себя за плечи.

Хотелось плюнуть на всё и вернуться в спальню. Попросить кого-нибудь растопить печку, согреться под одеялом и спокойно проспать остаток ночи. А уже утром заниматься и поисками неизвестного, и разговорами, и выяснением, что за чертовщина творится в усадьбе и какая её часть — чистой воды бутафория.

— Клад? — переспросил Тихон и встретился взглядом с Демьяном. — Тот самый, что ли?

— Наверное, — развёл руками тот и с сочувствием (к которому, однако, примешивалось уважение) обратился ко мне: — Вы это, барышня. Шли бы к себе.

Я не успела ни малодушно согласиться, ни возразить, проявив идиотский героизм, как откуда-то снаружи донёсся долгий приглушённый вопль ужаса.

— Что там опять?!

Прислужники толпой бросились к окнам, но сколько ни всматривались, ничего подозрительного в мирном лунном пейзаже высмотреть не смогли.