Книга Чайная «Лунный серп», страница 66 – Стейси Сивински

– Как тебе? – спросил Эмиль, раскачивая их медленными, ленивыми движениями.

Вайолет подняла глаза и увидела по его улыбке, что он прекрасно знает, каково ей.

– Идеально, – ответила она, смеясь, не беспокоясь о необходимости скрывать правду. – Я чувствую себя идеально.

– Готова к настоящему испытанию? – поинтересовался Эмиль. Его взгляд вновь устремился к деревянной платформе – ясное приглашение попробовать снова.

– Абсолютно, – кивнула Вайолет, понимая, что ее ноги впервые совершенно спокойны.

Потрясенная, она признала, что это было приятно. Приятно быть над всем миром, рядом с мужчиной, пахнущим древесным дымом и полночью. Приятно быть вдали от магазина и телом, и головой, подвешенной где-то между сном и явью, не беспокоясь о том, что не сможешь заснуть.

– Тогда давай начнем, – предложил Эмиль. Его улыбка стала шире, когда он уронил их на сеть – навстречу их следующему приключению.

Когда дом начал оставлять на ночь несколько окон открытыми, впуская прохладный вечерний воздух, сны Энн приобрели новую глубину.

Дневные часы шли своим чередом, ни на минуту не сбиваясь с ритма, но как только голова ее касалась пахнущей лавандой подушки, казалось, будто границы между прошлым, настоящим и будущим тут же исчезают.

Бодрствуя, она по-прежнему улавливала проблески будущего. Знаки теперь были повсюду, начиная от облаков над домом и заканчивая тем, как ложки падают на пол. Но то были лишь намеки на грядущее, и если Энн не желала обращать на них слишком много внимания, то просто устремляла свои мысли к чему-то другому.

Но мир сновидений был совершенно другой историей.

Той ночью, когда дыхание Энн замедлилось, а взор устремился внутрь, она оказалась в сцене столь яркой, что ей потребовалось время сориентироваться. Такое уже случалось несколько раз, и Энн тогда поняла: единственный для нее способ отличить эти видения от реальности – обращать внимание на очертания предметов, которые становились слегка туманными, когда она засыпала.

Энн стояла в углу комнаты с четырьмя стульями, составленными в круг в центре. Один из них пустовал, но на остальных сидели члены Совета, вовлеченные в жаркую дискуссию. Хотя окна были раскрыты настежь, жаркий воздух в комнате удушал, так что Натаниэлю даже пришлось отбросить в сторону свой пиджак, а лоб Эстер покрылся испариной. Среди всех них только Айзек выглядел так, будто его не беспокоила духота. Энн поняла, что она, видимо, оказалась в разгаре лета, на месяц или два обгоняя настоящее.

Хотя она понимала, что ее не могли увидеть, Энн все же отступила в тень, дрожащую за кругом света от свечи.

– Они снова это сделали, – прошипел Натаниэль, от раздражения дергая себя за бороду.

– И к тому же с Кроули, – добавила Эстер, покачав головой. – Я не думала, что это возможно.

– Мы об этом их и просили, – монотонным голосом заметил Айзек.

– Но, как тебе хорошо известно, это не то, чего мы хотим, – взъелся Натаниэль. – Мы не ожидали, что они зайдут так далеко.

Энн в замешательстве сдвинула брови. Конечно, мысль о том, что члены Совета намеренно усложняют поставленную им задачу, приходила ей в голову, но она никогда всерьез не задумывалась, что они не желают сестрам успеха. Ведь неудача означала, что три ведьмы будут вынуждены страдать с вечном междумирье.