Книга Чайная «Лунный серп», страница 1 – Стейси Сивински

Stacy Sivinsky

The Crescent Moon Tearoom

© 2024 by Stacy Sivinski

© Atria Books, an Imprint of Simon & Schuster, LLC

© Судавная Д., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

КоЛибри Fiction

Когда на кончике языка Энн появился привкус корицы, она поняла, что кто-то только что произнес ее имя. Ощутив пряную сладость, Энн тут же открыла глаза и, словно лозоходец[1], осмотрела комнату в поисках источника этого ощущения.

Но здесь были лишь ее сестры, Беатрикс и Вайолет, мирно спящие там, где они в состоянии блаженного изнеможения легли несколькими часами ранее. Три маленькие ведьмочки обнаружили в сундуках своей матери зачарованную мантию и весь вечер напролет по очереди набрасывали ее друг другу на плечи, превращаясь то в пиратов, то в принцесс. Они остановились, лишь когда Вайолет, настоявшая на исполнении роли придворного шута, плюхнулась на груду старых лоскутных одеял, сваленных в углу чердака, и «всего на секундочку» закрыла глаза.

Взглянув в сторону горы ситца и клетчатой ткани, Энн заметила, что на Вайолет по-прежнему потрепанная мантия, которая теперь, когда сестра вновь стала маленькой девочкой, выглядела на ней комично огромной.

От потолочных балок эхом отразилось мягкое посапывание, и Энн, обернувшись, увидела Беатрикс, свернувшуюся калачиком на стеганой подушке рядом с книжным шкафом. Ее пальцы легонько сжимали уголки сборника сказок, который их мать сунула в самую глубь полки – она не хотела, чтобы ее дочери думали, будто на их носах вырастут бородавки, как у тех ведьм, что взирали на них с ярких иллюстраций.

Позевывая, Энн уже было устроилась на ветхих шторах, служивших ей импровизированной постелью, но тут вкус корицы вернулся, да на этот раз с такой силой, что она едва не чихнула.

Что-то не так.

Как можно тише она выпуталась из своего бархатного кокона и, на цыпочках выйдя из комнаты, направилась к винтовой лестнице. Судя по всему, Вайолет и Беатрикс ничего не почувствовали, но это не удивительно. Из всей троицы именно Энн слышала легкий хлопок в ушах, когда друг выдавал чужой секрет, которым не должен был делиться, и именно у нее первой по спине пробегали мурашки прямо перед тем, как кто-то ронял фарфоровую чашку. Обычно Вайолет и Беатрикс не сильно отставали, но, поскольку во всем остальном сестры шли нога в ногу, это крошечное расхождение вызывало у бедняжки Энн немалое беспокойство. Ей удалось немного забыть о своих страхах, только когда мать отвела ее в сторонку и ободряюще сжала ее маленькие ручки.

– У каждой из вас есть свои особые таланты, – прошептала мама с улыбкой, позволив Энн облизать ложку, которой она перемешивала тесто для торта «Черный лес».

Теперь всякий раз, когда Вайолет чуть дольше обычного разглядывала новый символ во время их уроков гадания по чайным листьям или Беатрикс перешагивала через божью коровку, которая приносила удачу, если остановиться и пожелать ей хорошего дня, Энн вспоминала насыщенный вкус шоколада и нежные слова матери.

Подавив очередной зевок, Энн опустила свою короткую коренастую ножку во тьму, ожидая, что та упрется в пол. Но сейчас она спускалась на другой лестничный пролет, тот, что вел со второго этажа на первый, и совсем забыла, что последняя ступенька была чуть круче остальных.