Книга Чайная «Лунный серп», страница 21 – Стейси Сивински

Уставившись на противень, Вайолет разглядела дюжину почерневших пирожных, сожженных до хрустящей корочки.

– Вайолет! – раздался в кухне голос Энн, и дверь с треском захлопнулась.

– Это случайность! – крикнула Вайолет и резко повернулась к сестре.

Но, к ее удивлению, Энн, казалось, не заметила клубов дыма, вырывавшихся из духовки. Нет, ее взгляд не отрывался от письма, которое она держала с осторожностью сокольничего, старающегося унять очень беспокойную птицу.

– Что там? – спросила Вайолет, делая шаг к сестре, чтобы получше разглядеть конверт.

– Уведомление о визите, – едва слышно пробормотала Энн и повернула конверт к Вайолет.

Его поверхность была совершенно чистой, если не считать восковую печать столь красного цвета, что казалось, будто кто-то капнул кровью на бумагу. А в центре печати были изображены весы, находящиеся в идеальном равновесии.

Вайолет хватило одного взгляда на конверт; она с гулким лязгом уронила металлический противень на пол.

– Во имя Гекаты… – прошептала она.

– Я только что нашла его в почтовом ящике. – Беатрикс проскользнула в кухню и неслышно прикрыла за собой дверь, не желая тревожить клиенток в гостиной назревающими неприятностями.

– Оно же не может быть от… – начала было Вайолет, но поняла, что не способна сказать эти слова без дрожи в голосе.

– Но так и есть, – твердо ответила Энн. – Совет отправил нам уведомление о визите.

Ведьмы Чикаго прекрасно понимали необходимость существования Совета ради поддержания порядка и равновесия в мире, где магия по-прежнему должна храниться в секрете, но также они знали, что работа такого характера иногда требует принятия непростых решений. К тому же четверо членов Совета предпочитали оставаться в тени, дергая за невидимые нити судьбы, дабы убедиться, что ни один из замысловатых узлов паутины не ослаб. Среди ведьминой братии часто говаривали: «Должно быть, это дело рук Совета», когда, к примеру, в воздухе внезапно растворялся пучок болиголова или поезд, обычно приходящий вовремя, задерживался. Совет предпочитал вмешиваться в привычный ход вещей деликатно и аккуратно, так, что их действия в совокупности оказывали огромное влияние, подобно настойчивым каплям воды, которые со временем стирают камень.

Для Куигли действия Совета приобрели еще более мрачный оттенок. Хотя Клара пыталась оградить своих дочерей от худших его проявлений, ее коллеги-ведьмы не сказать чтобы по-доброму отнеслись к ее решению отказаться от поста Провидицы, представляя это не иначе как предательством. И когда бы Кэтрин ни упомянула Совет за кухонным столом, сестры наблюдали, как лицо их матери каменеет, будто она наступила на горсть железных шипов.

Когда Куигли только открыли «Лунный серп», они боялись, что на пороге появится Совет, недовольный тем, что посреди Стейт-стрит вдруг расцвел магазинчик с предсказаниями судьбы. Но месяцы превращались в годы, и они начали верить, что их лавка не нарушает равновесие в городе и их оставят в покое.

Вот только когда появился конверт со знакомым изображением, Куигли поняли, что, судя по всему, они не остались незамеченными.

– Что внутри? – спросила Вайолет, когда они с Беатрикс замерли по обеим сторонам от Энн.

Беатрикс выглядела так, будто хотела задать тот же вопрос, но не могла подобрать слов. Вместо этого она вцепилась руками в завязки фартука и переживала молча.