Онлайн книга «Рассказы 37. Прогноз: замыкание»
|
Менеджер истекала восторгом, как энтузиаст-энтомолог, случайно поймавший редкую бабочку. А Влад тупо хлопал глазами на цифры. Он купит другую квартиру. И тачку уровня «Стрекозы». Жене не придется… с толстым соседом. Сын поступит в хороший лицей. А еще – сладко стукнуло в мозг – можно будет просто писать! Обо всем, что просит душа! – Почему ваша клиника так называется? – Его и вправду взяло любопытство. – О! – улыбнулась менеджер. – Забирая «сырье» под залог, мы избавляем вас от страданий. Добродушный усатый доктор жизнерадостно потер руки в перчатках: – Вот и первый клиент на сегодня. Ну-с, Владислав Арсеньев? Я смотрю, вы решились сразу. Логично! Клиент переходит на полный отказ. Лежалый товар сбыть сложнее, плюс процент за хранение. Спрашиваю: и чего тянуть? – Лежалый товар сейчас не в цене? – Влад присел на узкое кресло, прикрученное посреди кабинета. – Ну, времена-то меняются. – Доктор достал иглу. – Раньше был дефицит, а теперь… Кому охота брать секонд-хенд? Все хотят эксклюзив. Вот ты, дорогой, писатель, а это такое «сырье»! Да за него драться будут! Э, нет, посиди пока. Сидеть, я кому сказал! Доктор нажал кнопку на пульте, и Влада буквально втиснуло в кресло, словно сверху встряхнули небо и уронили ему на голову. – Пример достижений прогресса! – весело сказал добрый доктор. – Произвольная гравитация. И заметь, дорогой, лишь касательно кресла. А вот и второй прорыв: раствор, вызывающий отторжение. Не будем ни резать, ни химией жечь. Просто выблюешь из себя «сырье», словно беляш со «дна»… Укола Влад не почувствовал: у него все трещало и хрумкало от упавшего на голову неба, из него выходило совсем не «сырье», а алкоголь с клубникой. Потом стало жарко до судорог, потом кишки поменялись с горлом. А дальше стало никак. Он очнулся в уютной палате. Его никто не порезал на органы, а запрошенный в банке баланс вырос, как стержневая башня. Впервые за многие годы Влад почувствовал себя человеком, выходя на улицу из «Залога». Если бы не тоска! Каменная, неподъемная, будто опять опрокинули небо. «Это просто фантомные боли! – говорил себе Влад, кусая губы. – С какой стати мне тосковать!» Он увидел мост и вполз на него, встал у самого края, у бездны. Под ногами клубился смог, идущий из нижнего города, облако пыльного яда, который он привык считать воздухом, которым дышали жена и сын. Один шаг – и он снова на «дне», один краткий шаг в пустоту и копоть… Здесь, наверху, пели птицы. Солнце клонилось к закату. Как описать красоту, столько лет недоступную для созерцания? Вот об этом он будет рассказывать, о красках и формах жизни, о дифференциации ярусов города, об ужасах нижних и прелести верхних. Он будет стремиться вверх, как растение. Влад отряхнул колени и неторопливо сошел с моста. Маринка скакала козой от счастья. Но Владу было настолько хреново, что он снова сбежал к соседу. Толстый заверил, что ломка пройдет, от бухла сто пудов полегчает! Коньяк и текила, и водка. Клубника, сало и огурцы. Он пил беспросветно неделю. Запойно, загульно, по-барски. Тоска притупилась, ушла. Осталось лишь осознание, что утратил нечто безумно важное. То, без чего жизнь – не жизнь. Влад вспомнил девиз «Залога», неточную цитату из классики, и вдруг с похмелья сорвался в бега. Куатаун шумел, дымил, продолжал трудиться и воровать на всех ярусах жизни. Влад готов был увидеть мертвые окна, табличку о переезде, но «Страдательный залог» сверкал вывеской, и менеджер была та же самая, что купила его с потрохами. |