Онлайн книга «Рассказы 19. Твой иллюзорный мир»
|
– Давай я. Домовой протягивает лапу. Аня понимает, что он может напакостить, но она так устала. От одиночества. От собственной бесполезности в мире. Домовой берет ступку и сосредоточенно принимается за работу. Дни текут однообразно. Покупатели заходят реже. По радио передают тревожные новости. И хотя война горит далеко на юге, там, где в конце лета буйно чернеют виноградники, кажется, что война здесь, в городе. Таинственный поэт уже неделю не обновляет вирши под аркой. И соседа сверху, любителя американских блокбастеров, не слышно. Может, их обоих уже арестовали? Учащаются обыски. У Ани забирают все запасы трав и порошков. На нужды фронта. Как же! Скурят все сами. Аня молчит и не смеет поднять взгляда. Что она может противопоставить опытным колдунам? Отдает все, что есть. Дело разорено. Конечно, у нее есть еще какие-то деньги, на которые можно жить или заказать товар. Господи, неужели придется вернуться на работу для профанов? Заходит Ольга Павловна, и они пьют чай, особенно приятный в сырую погоду. Гостья пересказывает письма младшего сына. Тревожные, как вой ветра. Войска, вторгнувшиеся на территорию южной страны якобы для защиты жителей от террористов, на самом деле – захватчики. Владыка ищет древний и могущественный артефакт. Хотя зачем Владыке еще больше силы? Он – единственный, кому удалось подчинить черных мар, он – ступивший на изнанку мироздания, он – отмеченный тьмой. Ольга Павловна говорит, местные, то есть южане, теперь объединились с террористами и вместе дают отпор Владыке, и война идет кровавая. – Сын, конечно, в подробностях не пишет, но я во сне такое видела! Кровь стынет. Ане стыдно и обидно. Где-то там гибнут люди, а она – ничего, только чаи гоняет. Ольга Павловна уходит, Аня думает о Глебе. Как он там? Работает где-то в тылу или в горячей точке выносит раненых с поля сражения? Он всю жизнь посвятил другим людям, ничего для себя, все для других. «А я? Я что-нибудь сделала? Так и проживу сломанной куклой». Часто Аня слушает радио. Иногда рядом сидит домовой, навострив уши. Аня напряжена, впивается руками в колени. В такие минуты нога болит сильнее. Не столько из-за старой травмы, сколько от нервов. «Владыка совершенно прав, что хочет забрать древний артефакт. Артефакты опасны и потому должны быть в опытных руках…» «И потому мы будем требовать передачи артефакта в музей!» «Да разве не безумие – загубить столько жизней из-за какой-то древней безделушки?» Боль горячая. Нарушить правила Глеба? Обмануть доверие. Аня перебирает оставшиеся мази. Вот подходящая. Домовой не видит, заслушался радио. А если станет только хуже? Все же надо с умом, со знанием. Пахнет-то как! Хвоя. Вереск. Мазь густая, цветом как яичный желток. Обмануть того, кто доверил тебе свое дело? Кровь ударяет в голову. Аня краснеет. Жарко! Запрет на самолечение введен не ради красного словца. Ведь лечишься не только мазью или порошком, но еще и словом, которое посылает целитель. А это тайное искусство. Как самого себя лечить? Только болезнь мутить. Впрочем, некоторые соблазняются. Авось пронесет. Аня закрывает глаза, секунду представляет жизнь без боли. Обманешь – кто ты после этого? Закрывает баночку и убирает на место. «Как хорошо, что вы упомянули безумие! Именно неправильное обращение с артефактом привело к вспышке насилия и образованию террористической группы, которую теперь и пытается остановить наш доблестный Владыка». |