Книга Рассказы 17. Запечатанный мир, страница 56 – Олег Савощик, Ольга Кузьмина, Ольга Рэд, и др.

* * *

Ветвь Судьбы покачивалась на ветру. Когда-то давно она начала расти прочь от Рощи, но потом вдруг передумала и вернулась, образовав кривое полукольцо длиною в несколько десятков шагов.

Ветер дул почти так же сильно, как в тот день, когда сорвался и упал Йилмайон. Сейчас те воспоминания вновь подступили к глазам едкой смолой. Йилк помнил, как сына выгнали на Ветвь; не дойдя и до середины, он не удержал равновесие и упал… но успел извернуться, уцепился когтями балансиров и так дополз до конца – уже не ребенок, но и не взрослый. Изгой. Добыча. Скуля, он подбежал на четвереньках к отцу, но Йилк отогнал его и не позволил глазам засмолиться. Равновесие есть равновесие. Надо его соблюдать. Достаточно и того, что он не принял участия в последовавшей за испытанием охоте на сына.

Но по сравнению с чужаком тот мог бы служить образцом ловкости. Облачник двигался по ветвям, то и дело оступаясь, пошатываясь и, конечно, помогая себе балансирами, как ребенок – огромный и тяжелый. Вот, выбравшись на открытое место, он поднес свои балансиры к лицу, шумно подышал на них. Йилк понял, что ему, наверное, холодно.

Оолк – он и тут отыскал себе возвышение – вытянул язык в сторону чужака.

– Ты сам говорил, что он – как мы, – эти слова предназначались Йилку. – И, подумав, я готов с тобой согласиться. Две ноги и два балансира – достаточно, чтобы держать равновесие. Пусть докажет теперь, что не ребенок. Давай, объясни ему.

Йилк честно попытался: подойдя к Ветви, под приглушенный треск шепотков изобразил, как восходит на Нее и взрослеет. Как преодолевает сомнения и страх высоты и обретает наконец равновесие.

Чужак смотрел на него своими странными выпуклыми глазами. Он явно не понимал, зачем его привели сюда.

– Иди! – поторопил его Йилк. – Иначе тебя изгонят и убьют! – Он крутнулся и изобразил удар когтем, а потом вновь указал на Ветвь. – Иди!

Теперь облачник понял. Глаза у него округлились, как тогда, когда он впервые увидел Йилка, но затем сощурились. Он помотал головой.

– Иди же! – повторил Йилк в отчаяньи. – Ты же сможешь, это же просто! Смотри! – И вдруг, к собственному удивлению, ступил на Ветвь первый. Сам.

Ветер подхватил его тело – и удержал, балансиры расправились в стороны. Мягко охватывая Ветвь ступнями, Йилк сделал один шаг. И другой. Оглянулся – чужак пучил на него глаза, позабыв даже моргать, да и все остальные вдруг замерли.

Далеко внизу клубились облака – но Йилк не смотрел на них. Он знал главный секрет равновесия: не пытаться удержать свою тяжесть, а просто нести ее вперед – шаг за шагом, не останавливаясь. Лишь там, где сорвался Йилмайон, он замер на долгий миг, сложив балансиры в память о сыне; затем, вновь расправив их, быстро прошел до конца, невесомо шагнув с Ветви на ветви.

Племя притихло. Язык Йилмейет свивался нервной спиралью; красавица Аалмейт смотрела с восхищением. Даже Оолк присмирел. Интересно, он-то еще способен выйти на Ветвь? На мгновение Йилку показалось, что он победил, доказал всем что-то важное – что-то, что избавит чужака от участи Йилмайона. Но вот племя очнулось, вокруг вновь родился трескучий шепот, словно все вдруг вспомнили, для чего они здесь собрались.

Йилк использовал этот последний миг:

– Ну давай же. Ты сможешь!

Но облачник был иного мнения. Он покрутил пальцем сбоку головы, потом зачем-то указал себе под ноги.