Онлайн книга «Рассказы 12. Разлетаясь в пыль»
|
– Я сопровождаю пациентов на последнем уколе, вижу их до и после отсрочки, – сказал Кимбли. – Если бы противники «Эйч-Си» из Лиги Памяти хоть неделю проработали на моем месте, у нашего правительства не было бы никаких проблем с Лигой. «Эйч-Си» – чудо науки. – Но вы ответили только на половину вопроса, – заметил Костан. – А мой коллега когда-то поставил вам только половину возможных прививок. По соображениям целесообразности – но экономическим или медицинским? – доктор Кимбли развел руками. – Ведь не экономикой единой. От введения вакцины возможны осложнения, а риск заразиться в вашем случае был невелик… «Гуманность или целесообразность» – иногда ложная дилемма, а иногда нет. Завтра мы с вами встретимся снова, и у вас будет собственный ответ на ваш вопрос. А мой вам будет до лампочки. – После введения инъекции загорается световой сигнал? – хмыкнул Костан. Доктор Кимбли усмехнулся: – Я рад, что вы не ноете и не хнычете, а шутите и задаетесь вопросами, о которых не задумывались прежде, господин Кроу. Но ответы лучше искать не здесь. Пойдемте, я провожу вас к дежурному хирургу. Он сделает то, что необходимо. – С вживлением «Эйч-Си» борются дураки, – сказал Костан, вставая. – Ведь никто не заставляет его использовать. Если им надо за что-нибудь бороться, почему бы не за увеличение отсрочек или вообще за отмену обязательной эвтаназии, а, доктор? – Может быть, как раз из-за «Эйч-Си», а, сэр Кроу? – Тучный Кимбли с трудом выбрался из кресла. «Как же глупо, – подумал Костан, наблюдая за Кимбли, и ему тотчас сделалось тошно и стыдно от своих мыслей. – Как же нелепо!» Этому немолодому, нездоровому человеку еще предстояло жить и жить, а он – молодой, сильный, крепкий – завтра должен стать мертвецом. – Ложь, что члены Лиги не пользуются «Эйч-Си». Уверяю, иногда пользуются, – сказал Кимбли. – Как и все люди, они забывают то, что хотят забыть – поэтому забудут и то, как вы не хотели умирать раньше срока, и вас самих… Он подтолкнул Костана к выходу из кабинета. ⁂ Костан стоял в тени рекламного куба «Биотех-фьючер», отойдя два десятка шагов от уродливой громады Усыпалки, и жадно вдыхал горячий уличный воздух. Мимо проносились кургузые смарт-авто, электробусы и такси. Над головой, чуть в стороне, гудел монорельс… Операция по отключению и извлечению «Эйч-Си» заняла всего четверть часа: все было автоматизировано до мелочей. И еще час ушел на восстановительные и косметические процедуры: плоская железная коробка, прилаженная к черепу, встала на место, но теперь она была пуста. Костану даже казалось, будто под ней гуляет ветерок. Получив укол противовирусного и дозу стимулятора, он вышел наружу. У него оставалось двадцать два часа. Постояв немного в тени, Костан решил пройтись по улицам пешком: просто так, куда глаза глядят. Но уже через несколько минут с досадой понял, как сильно переменился город за те несколько лет, что он избегал прогулок. Или переменился он сам? Взгляд цеплялся за навязчивые рекламные голограммы. Сбивали с мыслей рев трассы и жужжание монорельса, раздражали удалые ездоки на электроскейтах и моноколесах, обгонявшие или мчащиеся навстречу – все в деловом квартале куда-то спешили, лучились занятостью, нужностью, здоровьем. Костан посмотрел на часы: двадцать один час сорок пять минут. Все же он заставил себя пройтись пешком до следующей остановки электробуса, мимо голограмм и ретро-витрин, протолкнуться через какую-то толпу, выражавшую протесты не то против «Эйч-Си» и киборгизации, не то против ее дороговизны… Когда-то в прошлом он любил так гулять, но сейчас прогулка не приносила удовольствия, не взывала к воспоминаниям. |