Книга Рассказы 29. Колодец историй, страница 23 – Сергей Пономарев, Артём Сидоров, Татьяна Верман, и др.

Болел даже сам вождь. Он забаррикадировался в старой казарме, не подпуская к себе никого, общаясь только через массивную дубовую дверь.

– Тебе нужно лишь сказать. – Глаза Бернарда теряли жизнь. – Одно Слово. И все больные станут здоровыми. И все будет как прежде.

Я покачал головой. С возрастом старый звездочет потерял хватку. Раньше он догадался бы и сам.

Я написал ему записку. Объяснил, что эпидемия не исчезнет, если я просто всех оздоровлю. Эпидемия продолжит забирать людей Бальлейва. А если изгнать ее – она может вернуться.

Нужно найти источник эпидемии. И уничтожить его. Только тогда мы могли спасти народ Бальлейва.

– Ты прав, Рунольв. Я чуть не заставил тебя сказать лишнее Слово. Горжусь тобой, – сказал Бернард, и впервые за девятнадцать лет я увидел в его глазах слезы. – Я вижу, что все было не просто так. Горжусь, сынок, – добавил он.

Сначала мы думали, что заразу принесли убитые ранее животные. Вождь приказал избавиться от всей еды и отправил охотников за новой дичью. Прошла неделя, но случаи заражения не прекратились.

Потом мы думали, что отравлена наша вода. Вождь велел опустошить старые колодцы и наполнить их новой водой. Прошло еще десять дней, но ничего не изменилось – здоровые люди вдруг внезапно, в один день, начинали кашлять кровью, терять слух, зрение и рассудок.

Только спустя месяц после первого случая заражения звездочет предложил проверить вещи. Возможно, через них на Бальлейв наслали проклятье.

Все подарки и передачки из других племен, все найденные случайно предметы, все покупные одежды и доспехи – всё указом вождя должно было быть выложено на центральной поляне, у большого костра.

Старый Бернард обратился к звездам. Он сидел на коленях, освещаемый огненными всполохами, раскрыв древнюю книгу заклинаний, смотрел на ночное небо и делал пометки на длинном пергаменте.

Гора вещей перед ним была выше костра. Я сидел рядом с учителем, унимая дрожь в оледеневших коленях, не в силах представить, каково сейчас было звездочету. Он терял остатки силы с каждым ледяным порывом ветра, с наступающей на Бальлейв болезнью, с неминуемой старостью.

Бернард на исходе сил искал источник заразы, но звезды пока не давали ответа.

– Почему мы не сделали этого раньше? – спросил тихо кто-то из свиты вождя.

– Заткнись, – прокричал слышавший каждый шорох в ночи звездочет. – Звезды говорят конкретно. Они не абстрактны. Спроси у них, в чем проблема, и они помолчат. Спроси, в чем проблема здесь – из находящегося передо мной, – и они могут дать ответ. Заткнись, – повторил он. – И не мешай.

Больше никто из свиты вождя той ночью не проронил ни слова.

Рано утром, когда солнце пробилось сквозь сосновый лес и облизало первыми лучами снежную поляну, звездочет выдохнул и дрогнул.

Звезды уже исчезали с быстро светлеющего неба, но Бернард указал на них.

– Видишь, как под утро сложились светила? Это ответ. Это кинжал.

Я разглядел клин звезд, но не видел в нем никакого кинжала. Кивнул лишь из уважения к старому Бернарду.

– Найти все холодное оружие! – приказал Бернард и повалился на снег.

Кинжал из Ингоуга, который после войны прихватил с собой один из воинов Бальлейва, лежал передо мной. Я не чувствовал опасности. Не чувствовал в нем эпидемии. Не чувствовал ничего.

Поэтому не мог вымолвить, как всегда, ни звука.