Книга Больше не жена дракона, страница 41 – Кристина Юраш

Что? Неужели Альсар это говорил? Или это очередная интрига, чтобы нас поругать?

Чудовище убрало руку. Я сразу почувствовала холод там, где были его пальцы.

— Надо же было как-то потешить ваше самолюбие. Я говорил то, что вы хотели услышать, дорогая матушка, — он повернулся к матери спиной, демонстративно игнорируя её присутствие. — Мы завтракаем. Норберт! Накройте на две персоны.

— Две? — пискнула леди Халорн. — Ты хочешь, чтобыя…

— Очень хочу, — сладким голосом произнесло чудовище, глядя на матушку генерала. — Я мечтаю услышать, как закрывается за вами дверь, дорогая матушка. Мечтаю услышать, как отъезжает ваша карета от моего дома. Мечтаю, чтобы вы забыли сюда дорогу… Пока вас не позовут официальным приглашением.

Он понизил голос и перешел на «ты».

— А еще я мечтаю услышать, как извиняешься перед моей женой за то, что наговорила. Я жду… Условия простые. Ты извиняешься — завтракаешь с нами. Ты не извиняешься — уезжаешь завтракать к себе. Всё просто. Выбор без выбора…

Я смотрю, он умеет ставить такие выборы, от которых чувство, словно он держит тебя за горло.

Леди Халорн сглотнула. Её лицо стало серым. Она кивнула, мелко и часто.

— Ты же сам был возмущен тем, что тебе досталась «пустоцвет»! Тебе нужен наследник. Империя требует продолжения рода. Одумайся! — свекровь предприняла последнюю атаку.

Чудовище посмотрело на мать Альсара.

— Наследник будет, — сказал он спокойно, а его пальцы скользнули по моей шее, словно лаская. — Когда я решу.

— Но время идет… — прошептала убедительным шепотом леди Халорн.

— Пусть идет, — заметило чудовище, глядя на нее с усмешкой. Он перевел взгляд на меня. — Вам, дорогая матушка, какая разница? Идет ли время или нет? Не у вас же его отнимают…

Чудовище рассмеялось, оскалив красивые крепкие зубы.

Он смеялся, откинув голову.

— Я не понимаю, что с тобой? — задыхаясь, прошептала леди Халорн. Ее губы задрожали. Глаза стали влажными, словно она вот-вот расплачется. — Что с тобой случилось, сыночек?

Чудовище смотрело на нее, а потом усмехнулось и вздохнуло.

— Наверное, я просто вырос, мама, — заметил он. — Пора бы уже, наверное.

Сейчас у меня был шанс. Шанс сказать его матери, намекнуть на то, что это не ее сын. И внутри все металось из крайности в крайность. Одна часть меня кричала: «Он нарочно заступился за меня, чтобы у меня язык не повернулся заикнуться про подмену…», но другая просто была в обмороке восхищения.

Самое тяжелое оружие, которое она готовила, доставая платочек, не работало на бессердечную тварь, которая сейчас обнимала меня. И впервые я чувствовала себя так, словно пять лет колкостей, унижений и боли, которую я проглатывала, пытаясь улыбаться, просто стерлись в один момент. Честно? До слез!

— Ты еще придешь ко мне, — задыхаясь от горечи, прижимая платок к глазам, произнесла леди Халорн, направляясь к двери.

Норберт тут же закрыл за ней двери и направился распоряжаться насчет завтрака.

Я осталась в гулком холле с чудовищем одна.

Он взял меня за подбородок, а я впервые не вздрогнула от прикосновения. Но потом, с запозданием, внутри все съежилось.

— Запомни, — его губы были так близко к моим. — В этом доме обижать и унижать тебя имею право только я… Это новое правило игры. Запоминай.