Книга Ты похищена пришельцем!, страница 14 – Элисса Тир

Он поцеловал ее там, где пульсирует жилка. Нежно. Потом ниже, у ключицы. Каждый поцелуй — благоговейное изучение. Его губы двигались медленно, будто читая по ее коже историю всей ее боли, всего ее одиночества, и стирая ее.

Он опустился на колени перед ней. Его руки обняли ее бедра, лицо прижалось к ее животу, сквозь тонкую ткань. Дыхание горячее, влажное. Варя вскрикнула от неожиданности и наслаждения, ее пальцы впились в его густые, мягкие волосы.

— Я слышал, как ты звала, — сказал он, и его голос звучал прямо у ее кожи, заставляя ее содрогнуться. — Даже сквозь сон.

Потом он поднялся, и его губы снова нашли ее губы. Этот поцелуй уже не нежный. Он глубокий, властный, требующий. В нем вся та тоска, что копилась в ней месяцами. Она ответила ему с такой же яростью,вцепившись в его плечи, прижимаясь всем телом, чувствуя, как его возбуждение отвечает на ее готовность.

Он аккуратно снял с нее платье. Оно упало на перламутровую траву беззвучно. Холодный воздух касался ее кожи, но Аррион повел ее к самой кромке воды, где пар от водопада создавал теплую, влажную завесу.

Он уложил ее на мягкий, теплый камень, покрытый мхом. Его тело накрыло ее. Оно было тяжелым, желанным. Его руки, его губы, его язык — все двигалось с единственной целью: дать ей наслаждение. Он находил каждую напряженную точку, каждый зажим — в плечах, в пояснице, в бедрах — и растворял их теплом своих прикосновений. Он не торопился. Он знал, что время здесь принадлежало им.

И когда она уже была готова, вся дрожа от нетерпения, когда ее тело кричало о потребности быть заполненным, он вошел в нее. Медленно, давая ей привыкнуть к каждому сантиметру, к новому ощущению полноты, которое не имело ничего общего с ее прошлым опытом.

Каждое движение — это слово на забытом языке тела. Каждый вздох, словно обещание чего-то большего. Он смотрел ей в глаза, и в его золотых глубинах она видел отражение не себя-измученной, а себя-сияющей, себя-желанной, себя-настоящей.

Волны наслаждения накатывали постепенно, поднимаясь из самой глубины, разливаясь теплом по всему телу, смывая последние остатки страха и стыда. Она закричала, но крик утониул в грохоте водопада. Вслед за ней его тело напряглось в последнем, мощном толчке, его имя сровалось с ее губ.

Варя проснулась от собственного тихого стона. Сердце бешено колотилось, кожа горела, между ног пульсировало эхо наслаждения. В комнате было темно. Рядом храпел Игорь, отвернувшись к стене.

Она лежала неподвижно, пытаясь вдохнуть воздух реального мира, который казался плоским, безвкусным после того густого, сладкого воздуха сна. Стыд накатил сразу, горячий и липкий. Она, жена и мать, только что пережила во сне страстную близость с… с пришельцем. С вымышленным персонажем. С галлюцинацией.

Но тело ее не слушало голоса стыда. Оно все еще помнило каждое прикосновение. Каждый поцелуй. Оно тосковало по этому ощущению. По той легкости, силе, жизни, которую она в том сне ощущала.

Она осторожно прикоснулась пальцами к своим губам. Они казались обожженными. «Даже сквозь сон», — вспомнила она его слова из сновидения.Было ли это просто игрой подсознания? Или…?

Из детской донесся кряхтящий звук: Саша начинал ворочаться. Реальность, грубая и требовательная, звала ее обратно. Сон таял, как роса на солнце, оставляя после себя неясное, болезненное воспоминание и странную, щемящую пустоту в груди.