Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 138 – Адриана Вайс, Мария Минц

смотрю на них, и мое сердце сжимается от сочувствия, но я не даю им утонуть в этом болоте безнадеги.

— ТИХО! — я повышаю голос, и он, усиленный магией зала, гремит под сводами, заставляя всех замолчать. — Я сказала, что без кристалла академия не может существовать. Но я не сказала, что она прекратит свое существование.

Я делаю паузу, и в наступившей тишине каждое мое слово звучит весомо и отчетливо.

— Академия Чернолесья не закрывается. Она будет жить. Она будет работать. Благодаря одному человеку, который с этогодня становится главным спонсором и покровителем Академии Чернолесья!

По залу пробегает новая волна гула, на этот раз – удивленного, недоверчивого, скептического.

— Спонсор?! — раздается ехидный голос из преподавательских рядов. — Госпожа ректор, вы нам уже неделю об этом говорите! Почему же мы его до сих пор не видим?

Я уже открываю рот, чтобы ответить, чтобы успокоить их, но в этот момент за моей спиной раздаются тяжелые, уверенные шаги.

Потому что из-за кулис, из тени, на сцену выходит он.

Эдгар Рокхарт.

Он движется с ленивой, хищной грацией, его тяжелые сапоги бесшумно ступают по пыльным доскам. Он останавливается рядом со мной, огромный, могучий, как скала, и в наступившей тишине его низкий, рокочущий голос звучит оглушительно.

— Почему же не видите? — насмешливо спрашивает он. — Вот он я. Смотрите.

Он обводит зал своим тяжелым, властным взглядом.

— Надеюсь, мне не нужно представляться?

В зале повисает оглушительная тишина. А потом по рядам, как ветер по траве, пробегает шепот.

— Это же… Рокхарт…

— Какой?

— Ну тот, Владелец «Горного Молота»…

— Да что ему здесь делать? Наверно кто-то другой.

Я вижу на лице Эдгара тень усмешки. Он явно наслаждается произведенным эффектом.

— Впрочем, — говорит он, и в его голосе появляются теплые нотки. — Вижу, что представиться все-таки не мешает. Меня и правда зовут Эдгар Рокхарт. И я действительно, с этого самого момента, являюсь новым спонсором этой академии. Она многое для меня значит. Когда-то я сам окончил ее стены. И я глубоко уважал вашего предыдущего ректора, мистера Розвелла, с которым мы были добрыми друзьями.

Он смотрит на потрясенных, ошарашенных людей, и его голос становится твердым, как сталь.

— И я не позволю, чтобы дело всей его жизни превратилось в руины.

Эдгар делает паузу, давая своим словам впитаться в оглушительную тишину зала.

— Да, — продолжает он, и его голос становится мягче, доверительнее. — В последние годы у меня были… разногласия с некоторыми представителями этой академии. Именно поэтому я прекратил оказывать ей поддержку. Но благодаря новому ректору, — он поворачивается ко мне, и в его глазах, всего на долю секунды, вспыхивает тот самый теплый, озорной огонек, который я видела во время нашего обеда, — все эти недоразуменияостались в прошлом.

От этого взгляда, от этого простого жеста у меня вспыхивают щеки, а сердце делает такой кульбит, что, кажется, сейчас выпрыгнет из груди.

Эдгар не просто помогает мне. Он публично, перед всеми, объявляет меня своим союзником. Он делится со мной своей силой, своим авторитетом. Он преподносит свое возвращение только как мою заслугу и ничью больше.

— И теперь, — голос Эдгара снова гремит на весь зал, наполняясь мощью и страстью, — Я намерен сделать все, чтобы Академия Чернолесья снова стала такой, какой я ее помню во времена Розвелла! Местом, где рождаются гении! Где закаляется сталь и оттачивается магия! Мы заменим этот разбитый камень, — он презрительно кивает в сторону двора, — на новый, мощный кристалл! Мы отремонтируем эти стены! Мы откроем новые факультеты и пригласим лучших преподавателей! Мы вернем этой академии ее былую славу! И даже больше! Мы сделаем ее лучшей в этом королевстве!