Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 109 – Адриана Вайс, Мария Минц

Время тянется, как густая смола. От слабого, агонизирующего мерцания осколков и запаха озона начинает болеть голова.

Наконец, в какой-то момент, Громвальд и Райнер подходят к нам. Их лица – серые от усталости и безнадеги.

— Все плохо, госпожа ректор, — говорит Громвальд без всяких предисловий. Его голос звучит глухо и тяжело. — Он мертв. Сердцевина расколота, питание разрушено. Починить это невозможно. Только менять.

Я слушаю его, и крошечный, глупый огонек надежды, который все это время теплился у меня в душе, гаснет. Окончательно.

Я ведь и так знала ответ. Знала, но все равно надеялась на чудо. Надежда– глупое, иррациональное чувство. И сейчас оно причиняет мне почти физическую боль.

— Но… — Райнер откашливается, его голос хрипит от усталости. — Кое-что сделать все-таки можно. Временно. Я могу попробовать создать магический шунт. Подключить вместо основного несколько учебных кристаллов из лабораторий. Это… это будет очень нестабильно. Мощности едва ли хватит на треть от текущей. Но это, возможно, позволит нам хотя бы вернуть свет и поддерживать работу артефактов первой необходимости. На пару-тройку дней. Не больше. Это, простите, костыль, а не решение.

Костыль. Когда у тебя сломан позвоночник.

Но выбора нет.

— Делайте, Райнер, — киваю я, чувствуя, как губы деревенеют от холода и усталости. — Делайте все, что нужно.

Громвальд, однако, мрачен и на удивление задумчив.

— Извините, я должен уйти, — бурчит он, глядя куда-то в темноту. — Нужно кое что проверить.

И, не говоря больше ни слова, он разворачивается и уходит, его тяжелая фигура растворяется в предрассветном сумраке.

От его задумчивости и внезапного ухода мне становится еще тревожнее.

Мы расходимся.

Камилла бежит в лаборатории за кристаллами для Райнера. А я… я чувствую себя выжатой, как лимон.

Сил идти в общежитие просто нет.

Я бреду в свой кабинет, падаю на диван и проваливаюсь в тяжелый, беспокойный сон без сновидений.

Меня будит резкий, настойчивый стук в дверь.

Я с трудом разлепляю глаза. В кабинете темно, лишь в щель между шторами пробивается тонкая полоска серого рассветного света. Сколько я спала? Час? Два?

Стук повторяется, на этот раз – громче, требовательнее.

— Что… что случилось? — бормочу я, спотыкаясь, бреду к двери.

Я распахиваю ее и отшатываюсь.

На пороге – толпа. Преподаватели, студенты… Их лица в неровном свете факелов, которые они держат в руках, кажутся злыми и испуганными.

— Госпожа ректор! — выступает вперед один из преподавателей, кажется, магистр истории. — Это правда?!

— Что правда? — я тупо смотрю на него, мозг отказывается работать.

— Что энергокристалл академии уничтожен! Что магия уходит из этого места! — выкрикивает он, и его голос срывается от паники. — Артефакты гаснут, защитные поля не работают! Это больше не академия! Это просто каменная лачуга!

— Мы требуем наши документы! — кричит кто-тоиз толпы студентов.

— Мы уходим! Прямо сейчас!

Их крики, их гнев, их страх обрушиваются на меня, как ледяная лавина, окончательно вырывая из сонного оцепенения и бросая в пучину нового, еще более страшного кошмара.

Паника. Чистая, животная паника.

Первая мысль – захлопнуть дверь. Запереться на все замки. Спрятаться под диваном и не вылезать, пока все это не закончится.

Пусть они кричат, пусть требуют, пусть уходят… Мне все равно.