Книга Графиня снова выходит замуж, страница 151 – Нина Матвеева

Виктория почувствовала себя ужасно неловко. Ей безусловно льстило доверие мужа, но обещание, данное Грэгори, никуда не делось. Ещё немного поколебавшись, она решила честно сказать об этом Ривенхолу:

— Дело в том, что я пообещала Грэгори, что…

— А мне вы обещали быть со мной в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, любить, заботиться и повиноваться мне, — неожиданно перебил её Ривенхол. От резкой перемены тона Виктория невольно насторожилась. — Грэгори — малолетний болван, который к тому же частенько врёт, — продолжил герцог и нетерпеливо тряхнул головой. — А вы — моя жена. Мне нужно знать, что происходило в нашем доме, пока меня не было. И я хочу узнать это от вас, а не от брата, который наверняка попытается выставить себя в лучшем свете.

— Грэгори поклялся ничего не скрывать! И вам нужно перестать воспринимать его как болвана, иначе он и дальше будет этому мнению соответствовать!

Ненадолго в библиотеке воцарилась тишина. Виктория слышала, как в этой тишине колотится её сердце, и всеми силами пыталась его утихомирить. Она не собиралась вступать в споры, но в итоге чуть не повысила голос на мужа.

Кажется, теперь в воздухе запахло настоящей семейной ссорой.

— Вы считаете, что это я виноват в том, что он вытворяет? — изумлённо вскинулся Ривенхол.

— Я полагаю, что он ищет внимания и признания, и находит всё это не там, где следует. И он действительно отчаянно хочет выглядеть лучше в ваших глазах, возможно, потому что подсознательно считает, что не заслуживает внимания! А вы своими действиями только лишний раз это подтверждаете!

Виктория резко умолкла, испугавшись тому, куда завели еёсобственные рассуждения. Несколько секунд она настороженно рассматривала лицо мужа — таким напряжённым она не видела его никогда.

— Я делаю всё, чтобы он не знал проблем и был счастлив, — уже менее уверенно проговорил герцог.

— В этом я даже не сомневаюсь, — Виктория шагнула к Ривенхолу и взяла его за руку. Он легонько пожал её пальцы в ответ, и это придало сил говорить дальше: — Джеймс, я не ставлю под сомнение вашу заботу о нём. Но мне показалось, что гораздо больше опеки и заботы ему нужно признание. Признание человека, которым он восхищается. Ваше признание.

— И как мне дать ему это признание? — поинтересовался Ривенхол. — Грэгори заложил у ростовщика фамильное ожерелье, а я приду к нему с задушевными речами о том, что уважаю его? Таквы себе это представляете?

— Нет. Вы придёте и выслушаете его. А потом обсудите последствия, как если бы обсуждали их с любым из своих взрослых друзей или со мной.

— Последствия, о которых вы тоже отказываетесь мне рассказывать?

Возможно, Виктории померещилось, но в тоне Ривенхола прорезалась ревность. Неужели он и впрямь думал, что она может предпочесть ему младшего брата? Или это была обида за то, что Виктория не приняла его сторону?

— Ничего серьёзного, — мягко отозвалась она, — Грэгори должен мне полторы тысячи фунтов.

Реакция Ривенхола не заставила себя ждать. Он издал почти мученический вздох и с усилием потёр переносицу, явно сражаясь с какими-то внутренними порывами. Потом решительно произнёс:

— Я верну вам эти деньги.

— Нет. Грэгори должен вернуть их сам. Не решайте его проблемы. Учите его решать их.

Эти слова прозвучали немного нелепо и до ужаса очевидно, но, кажется, некий эффект на Ривенхола они всё же произвели. На какое-то время он будто погрузился в размышления.