Книга Скромница Эльза и ее личный раб, страница 24 – Елена Саринова

Однако второму что-то не понравилось в этом гениальном коммерческом проекте:

— А прятать …… ее пока что? Смерч же …… спит у костра по странности (или дурости), а потом проснется и по нашим следам …….

— У Булгучая в старом …… на стойбище. И пойдем …… в обход.

Если мне не показалось, эти идиоты оба пьяны. Откуда они? Эх-туки или Сэй-туки? Вроде, вторые южнее обитают, а меня как раз на юг поволокли. И план действий тут же начал вырабатываться сам, когда его бессовестно прервали:

— Кух, а девка то проснулась! — вот именно сейчас я поняла всё до последней буквы. И встретилась глазами с этим, как его, подхихикивающим Иром.

Он был немного выше Куха, несшего меня. Но, так же непрезентабелен и остроскул. Типичный сэй-тукиец… И с кого ж из них немедленно начать?

В следующий миг меня мотнуло так, что приземление в траву показалось взлетом в небо. Я, дважды перевернувшись, очнулась лежа на спине и… дальше некуда тянуть. А как нынче доблестно сражаются аристократки?

Склонившегося надо мною Куха я парализовала, нажав на перстень-артефакт. Ярко голубая молния с треском вошла мужчине в грудь и, плюнув искорками еще вдогонку, вдруг, затихла. Благо, похитителю моему хватило — он рухнул набок и не встал. Но,вот еще один… Ир растерялся. В первый момент качнулся, будто намереваясь убежать, однако передумал. Я снова надавила на головку перстня… тьма. В прямом и в переносном смысле тьма.

— Убью, не подходи! — и главное, дальше со всей мочи заорать. — Кишмаил!!! Я здесь!!!

Друг к другу мы метнулись в одно время. Я, сжав в связанных руках пригоршни сорного песка. Мужик — рыча как зверь. И мой песок его опередил, влетев в глаза. Хоть часть, впрочем, и мне самой в открытый рот досталась. Я в это время дико скалилась, но кто ж увидит этот запугивающий ужас в темноте? Однако мой удар беспроигрышный пришелся точно в цель — мужик согнулся вмиг. И так надрывно застонал, что это слово вырвалось из меня непроизвольно:

— Из-звините.

А дальше я рванула наутек. Долго петляла меж кустов, пугая спящих птиц. А почему? Да потому, что ориентир — костер уже совсем погас. Но я, о, чудо, наших двух коней разглядела в лунном свете. И больше никого. Лежанка с отброшенным походным одеялом, на которой совсем недавно спал беспробудно Киш, была пуста и холодна… И вот тут мне стало страшно уже по-настоящему. А, вдруг, эти идиоты пьяные вернутся? А, вдруг, Киш не вернется никогда? И куда он делся? Ушел за мной?.. О, бесов чепчик! Я вновь забыла про этот нянин артефакт.

Естественно, я никуда не понеслась. Но, и прятаться не стала. Пыталась, не смогла. Видимо, прыгушки в шалаше меня пугали больше, чем невменяемые сэй-тукийцы. Все-таки, пугали… А еще я никак не могла сама избавиться от пут. Лишь чихала и отплевывалась долго.

Через некоторое время мне показалось, я вижу в темноте как эта самая прыгушка — превосходно. И… я на фоне новорожденной луны увидела Его.

Он шел довольно уверенно и быстро. И с совершенно противоположной стороны. В распахнутой рубахе, с кистенем в руке. И я невольно отшатнулась, как только разглядела тот кистень. Нет, я данное оружие и раньше видела в креплении к седлу. Но, сам вот этот… образ и явно ощущаемая злость, и сила… Чем ближе мужчина подходил, тем я отчетливее различала новые ссадины, кривую полосу наискосок груди.