Книга Дочь княжеская. Книга 3, страница 68 – Наталья Чернышева

— Но почему?! — изумилась Хрийз.

— Вряд ли вы сумеете принять объяснение, маленькая княжна, — сказал он. — Простите меня великодушно, но вы еще совсемребенок, хоть и стихийный маг.

Хрийз сердито побарабанила пальцами по столу. Правда, прозвучавшая в словах Тахмира, принесла неприятную боль. Да, ребенок. И что же? Если будут все время держать за ребенка, как же тогда взрослеть? Не поймешь их, странные такие люди.

С одной стороны, требуют взрослых решений, с другой — «вы еще совсем ребенок!»

— А вы попробуйте, господин наместник, — тихо сказала Хрийз, поднимая голову.

— Я постараюсь понять, сколько смогу.

Он усмехнулся, качнул головой, но в желтых его глазах что-то дрогнуло.

— Хорошо, — сказал Тахмир. — Мир наш до сих пор еще не оправился от нанесенных ему Третерумком ран. Он все еще тяжело болен. Выздоравливает, о чем свидетельствует появление магов угасшей было до критического порога стихии, но ему нужно время. Времени как раз у него и нет. Если Алую Цитадель активируют… сами понимаете. Вы ведь чувствуете ее, не так ли, ваша светлость?

Хрийз кивнула. Она чувствовала, чувствовала даже во сне. Натянутую, издающую тягостный звон струну, соединившую Алую Цитадель с метрополией, проклятым всеми, кто с ним сталкивался и сумел выжить, Третерумком. Второго вторжения Третьему миру уже не пережить.

— Храм Белодара — мощнейший артефакт Света в пределах Третьего мира. Второго такого нет. В противовес ему создана была Долина Тьмы в Двестиполье и Остров Сумрака — за Узорчатыми Островами, к югу. Двое последних — включены в общую систему защиты Грани. Но Триада Высших Сил на то и триада, чтобы направляли ее не по частям. Сами по себе они мало что стоят. Два компонента — усилят друг друга, но и такое усиление — всего лишь две трети единого целого. Но Круг Верховных аль-нданнов Белодара в помощи Страже Грани отказал. Небесный Край надеется отсидеться. Я полагал, горцы успели понять за двадцать военных лет, что отсидеться не получится, но, увы, нет предела человеческой глупости.

— А как вам поможет отказ аль-нданны Весны? — спросила Хрийз.

— Он развяжет мне руки, — пояснил Тахмир. — Я сам приду в Белодар, и все решится по воле моей, так, как этого хочу я. Мне хватит сил обуздать заносчивых гордецов, не видящих дальше собственных амбиций.

Он не хвастался. Его слова были чем угодно, только не похвальбой. Хрийз видела ауру — громадную, переливчато-синюю — синий цвет говорил о гармонии, о магическомбалансе, каким на самом деле мало кто мог похвастаться. Разве что у Канча сТруви было нечто подобное, с поправкой на стихию, которой служил доктор- вампир. Тахмир знал, о чем говорил. Сознавал и просчитывал все риски. И у него была своя правда.

А Храм Белодара… пусть он был ребенком, искусственно созданным ребенком, безумно дорогим сердцам своих создателей… но был он всего лишь магическим артефактом. Что такое артефакт и что такое весь мир? Чтобы мир жил, чтобы он жил свободно и жили наседающие его люди, артефакт можно вычерпать до нуля и разрушить.

Хрийз зябко обхватила себя за плечами. Мыслить такими масштабами оказалось невероятно больно. Обречь на смерть часть, чтобы уберечь целое… Живую, доверчиво льнущую к тебе часть… Эмоциональная привязка дает артефакту большую мощь, но маг, использующий такой артефакт, оказывается в ловушке, иной раз — смертельной.