Книга Мы те, кто умрет, страница 241 – Стасия Старк

Нет. Не тогда, когда я впервые вижу настоящий страх на лице императора. Восхитительный страх. Чего бы он ни ожидал от мятежников, он точно не думал, что они смогут помешать его гвардейцам использовать свою силу.

Вот он. Мой шанс.

Огромный кусок мрамора лежит всего в нескольких футах от меня, достаточно близко к трибунам, чтобы я могла взобраться на него. Перекинув арбалет через плечо, я подтягиваюсь. Первый ряд трибун находится в нескольких футах над моей головой.

Я отступаю, насколько могу, вдоль того, что осталось от мраморной скамьи. Сделав глубокий вдох, я бегу к трибунам и взмываю в воздух. Моя рука сжимает холодную сталь, и я напрягаюсь, пытаясь подтянуться.

Я знала, что мне следовало больше времени уделять этим чертовым канатам.

— Двигайся, двигайся, двигайся, — повторяю я про себя, забираясь на ближайшую мраморную скамью. Если император покинет арену, другой шанс может не представиться.

Я перепрыгиваю через обломки следующей скамьи, срывая арбалет с плеча. Выше. Мне нужно подняться чуть выше.

Самым разумным для гвардейцев было бы дождаться подкрепления. Но это может быть только первая волна из серии атак. Если они будут ждать слишком долго, их могут прижать здесь. Я должна подняться как можно выше, чтобы сбежать через один из выходов на верхнем уровне. Если меня поймают где-нибудь в другом месте арены после убийства императора,я погибну.

Снаружи раздается взрыв, трибуны качаются и я теряю равновесие. Я спотыкаюсь, удерживаясь одной рукой. Острая боль пронзает мое запястье, когда рука принимает на себя всю тяжесть моего падения.

Арбалет ударяется о каменный пол. Меня пронзает ужас, я напрягаюсь и задерживаю дыхание. Но либо эфирные бомбы менее хрупкие, чем кажутся, либо мне просто повезло, что я все еще дышу.

Все мое тело дрожит, я борюсь со страхом.

Двигайся. Не смей упускать этот шанс.

Трибуны простираются передо мной, и я поднимаюсь все выше и выше, вынужденная карабкаться через обломки, обходить тела и останки тел.

Я почти на вершине, когда вижу крошечную ручку, торчащую из-под огромной мраморной глыбы. Глаза горят, несправедливость происходящего душит меня, и я двигаюсь быстрее, устремляясь вперед, новый прилив ярости наполняет каждое мое движение.

К тому времени, когда я достигаю самого верхнего уровня, у меня кружится голова от усталости, я тяжело дышу, но поворачиваюсь, поднимаю арбалет и направляю его на гвардейцев, окружающих императора. Двое из них едва стоят на ногах. Калена отвлекает их внимание.

Если я выживу, может быть, однажды я поблагодарю ее.

— Давай…

Я вижу момент, когда гвардеец впереди решает начать двигаться.

Мой палец касается спускового крючка, и я жду, затаив дыхание.

Первые гвардейцы преодолевают половину пути. К ним присоединяются еще двое, с обнаженными мечами и дикими глазами.

Император выходит на арену, давая мне возможность выстрелить.

Мой палец давит на курок. Чистый, неподдельный триумф наполняет вены.

Нерис подходит к императору с мечом в руке. Ее черные кудри выбились из косы и рассыпались вокруг лица, она сосредоточенно шагает рядом с ним, прищурив глаза.

Нерис, которая заставляет Мейву краснеть. Заставляет ее глаза сиять. Нерис, которая побежала со мной спасать Леона. Нерис, которая молча плакала рядом со мной, когда умер Луциус, но все же нашла время, чтобы поднять мненастроение.