Книга Мы те, кто умрет, страница 225 – Стасия Старк

Мимо пробегает один из целителей, и Мейва прикусывает нижнюю губу.

— Как Леон?

Мои глаза наполняются слезами, и она дотрагивается до моей руки.

— Он очнется, Арвелл. Он сильный.

— Все так говорят. Но… даже целители были в ужасе.

— Как так вышло, что убийцу до сих пор не нашли?

— Император делает вид, что не обращает внимания, но Империус ведет расследование. Я нашла тела убитых.

— Ты что-нибудь заметила?

Я рассказываю ей о жутких ярко-зеленых глазах и голосе в моей голове, и она морщится.

— Они заперты? Внутри своих трупов?

— Да. Сначала я никому не рассказывала о чувстве, что за мной следят, и о голосах, потому что…

— Ты думала, что сходишь с ума.

— Да. — А потом, когда я сделала то, что сделала… — Я пожимаю плечами. — Это былаеще одна странная вещь, которую я не должна была уметь делать.

— Я понимаю. — Она качает головой. — Можно было бы подумать, что люди достаточно умны, чтобы не приносить жертвы Мортусу. Есть причина, по которой это незаконно. Что ты собираешься делать дальше?

Я вздыхаю. — Я собираюсь заглянуть в комнату Леона.

Мейва морщится.

— Там, где его нашли?

— Да. Он единственный, кто выжил, Мейва, а это значит, что убийца действовал в спешке. Может даже был небрежен. Империус уже обыскал его комнату, но Нерис пообещала не пускать никого убираться, пока я не осмотрюсь там. Я знаю Леона лучше, чем кто-либо другой.

В ее глазах мелькает беспокойство, но она кивает.

— Будь осторожна.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Нерис наложила защитный барьер на комнату Леона, но когда я подхожу к двери своего наставника, он временно исчезает, позволяя мне войти.

Интересно. Похоже, я ее недооценивала, потому что такая защитная магия требует больше силы, чем, по моему мнению, обладает Нерис.

Альбион выходит из своей комнаты и направляется ко мне. Его лицо бледное, в глазах отчаяние, но я качаю головой, и он замирает. Я должна сделать это сама.

Так что я делаю глубокий вдох, пытаясь собраться с духом.

Это не помогает.

Я открываю дверь. На мгновение мой разум не может осознать картину перед глазами, и я просто смотрю, не в силах пошевелиться. Пол залит кровью Леона, стены рядом с дверью забрызганы красным.

Возможно, богиня Леона все-таки защитила его. Как еще он мог пережить такое?

Я стараюсь не наступить на темный сигил на полу. Кто-то нарисовал его мелом и на это, должно быть, ушло много времени — каждая линия и каждый виток идеальные и точные.

Комната Леона небольшая, но тот, кто пытался его убить, придвинул кровать к стене, чтобы освободить место.

Сигил круглый, две внешние линии нарисованы на расстоянии около четырех дюймов друг от друга. Странные символы, которые я не узнаю, расположены через равные промежутки внутри двух больших кругов.

Внутри меньшего круга ряд тщательно нарисованных точек и косых линий образует четкий узор. Два стилизованных витка расположены по обе стороны от знака Мортуса — почти как буква S — зеркально отражая друг друга слева и справа.

Ни одна капля крови Леона не попала во внутреннюю часть печати. Как будто сама печать отталкивала жидкость, разбрызгивая ее по полу и стенам вокруг.

Мое сознание услужливо подбрасывает образ сломанного тела Леона на мраморном полу. Его крики агонии, когда ему ломают ребра.

Я наклоняюсь, упираясь руками в колени, в глазах темнеет.

Леон пускал в эту комнату только тех, кому доверял. Но застать его врасплох было не сложно. Проследить за ним до комнаты, подождать, пока он откроет дверь, и втолкнуть внутрь. Если его застали врасплох, то могли использовать магию, чтобы нанести первый удар. И Эксия сказала, что его чем-то накачали.