Книга Мы те, кто умрет, страница 22 – Стасия Старк

— Герит.

Его силы еще не пробудились, но ему все равно пора учиться контролировать свои эмоции. Вампиры считают светящиеся сигилы угрозой. И правильно делают.

Эльва просто изучает сигилы Герита и Эврена. А затем ее взгляд останавливается на мне.

— Три золотых сигила в семье из Торна. Необычный случай.

Я пожимаю плечами. Наша мать была отмечена золотом, а это значит, что у близнецов была сорокашестипроцентная вероятность получить золотой сигил, если бы я не родилась со своим. Никто не знает истинную вероятность наследования сигилов среди братьев и сестер, но чем больше детей у родителей рождаются с сигилами, тем меньше вероятность, что следующий ребенок будет иметь тот же сигил. И увеличивается вероятность появления пусторожденного — обычного ребенка без сигила, рожденного родителями, отмеченными сигилами.

Это иронично, учитывая, что наша мать не пыталась рожать детей ради власти. Она искренне любила отца близнецов — знатного мужчину с золотым сигилом, который ни разу не навестил ее после того, как она забеременела. И хотя она никогда не говорила о моем отце, каждый раз, когда я спрашивала о нем, ее выражение лица становилось тоскливым.

Эльва, кажется, ждет ответа. Когда я не отвечаю, она усмехается.

— И все же твой собственный сигил совсем не вырос.

— Мне нужно твое слово, что ты позаботишься о моих братьях.

Ее глаза прищуриваются.

— Я даю тебе слово, что сохраню им жизнь.

Я пристально смотрю на нее.

— Они должны быть живыми, невредимыми и настолько счастливыми, насколько это возможно без меня.

Она закатывает глаза, и это выглядит странно по-человечески. Но она повторяет мои слова, и тяжесть в моей грудистановится немного легче.

Я оттаскиваю Эврена и Герита на несколько шагов в сторону.

— Присматривайте друг за другом, — приказываю я, горло перехватывает.

Они кивают, и я снова раскрываю объятия. Они прижимаются ко мне, и я крепко обнимаю их, сдерживая жгучие слезы, которые наворачиваются на глаза.

Я не позволю им увидеть, как я плачу.

— Нам нужно идти, — шепчу я. Губы Эврена дрожат, когда он отстраняется, а Герит трет глаза.

Только самые могущественные вампиры и отмеченные золотыми коронами могут пережить путешествие по лей-линии через большое водное пространство. Эльва, Герит и Эврен смогут добраться по лей-линии только до северной оконечности этого континента. Остальную часть пути они проделают на корабле.

Не сразит ли Эва и Герита морская болезнь?

Хотелось бы увидеть удивление на их лицах, когда они поймут, насколько велик этот мир.

Хотела бы я увидеть это вместе с ними.

Внезапно мои руки пустеют, и Эльва уходит с моими братьями. Они оба оглядываются на меня, и я заставляю себя ободряюще улыбнуться. За все эти годы мы ни разу не расставались.

Боль невыносима. Но чтобы они остались живы, нужно отпустить их. По крайней мере, на время.

Однажды я заставлю Брана заплатить за каждый момент страха и мучений, которые он причинил моим братьям.

Мои глаза печет, и я угрюмо опускаю взгляд на каменный пол, следуя за Браном по коридору, ведущему к лей-линии в нашем направлении.

Я так сосредоточена на том, чтобы держать свои эмоции под контролем, что едва не пропускаю суматоху.

Обычная женщина отрывается от отмеченного сигилом, за которым она следовала, и с диким взглядом и искаженным лицом падает на колени перед Браном.