Книга Дело 13. Проклятая ассистентка, страница 35 – Аманда Бард

Слово «напарник» прозвучало неожиданно весомо. Лина смерила Машу новым, пристальным взглядом, полным неприязненного любопытства.

— Ты об этом пожалеешь, — прошипела она и, резко развернувшись, удалилась, громко цокая каблуками.

Дверь захлопнулась. В кабинете повисла тишина, густая и неловкая. Маша всё ещё стояла спиной к Кассиану, не решаясь обернуться.

— Рубашка идёт тебе, — наконец раздался его голос. В нём слышалась лёгкая, уставшая усмешка. — Хотя, возможно, не лучшая униформа для встречи гостей.

Она развернулась, чтобы посмотреть в его наглое лицо и съязвить, но Кассиан уже направлялся к дивану, где была сложена его одежда. И тут Маша увидела, как он потянулся к полотенцу.

Это было уже слишком. С инстинктивной, почти панической скоростью она резко развернулась к стене, уставившись в ближайшую полку с пыльными артефактами, словно её жизнь зависела от того, чтобы запомнить каждую трещинку на глиняном горшке.

Позади неё раздался звук — короткий, откровенный, искренний смех. Не тот саркастичный хохоток, к которому она начала привыкать, а настоящий, глубокий смех, идущий от самого живота.

— Что, Мэри? — проговорил он, всё ещё смеясь. — Никогда не видела, как мужчина переодевается? А вчера на Пожирателя душ смотреть было не страшно?

— Пожиратель душ не ходил в полотенце размером с носовой платок! — выпалила она в стену, чувствуя, как уши горят огнём. — И у него не было… не было… — она запнулась, не в силах подобрать слов.

— Мышц? — с притворной задумчивостью закончил он за неё. За спиной послышалось шуршание ткани. — Ну, знаешь, против некоторых тварей грубая сила бесполезна. А вот смутить ассистентку — это, я смотрю, проще простого.

— Я не смущена! — солгала она, всё ещё в упор разглядывая полку. — Я просто… уважаю твоё личное пространство!

Он снова рассмеялся.

— О, как трогательно. А пять минут назад ты с пеной у рта защищала моё «личное пространство» от гостьи.

— Ну,а что? Я же права. Вакансия закрыта. Или ты предпочёл бы её? — она кивнула в сторону двери. — С её… «навыками»?

Кассиан расхохотался, коротко и искренне.

— Боги, нет. Однажды я видел, как она на дуэли пыталась поразить призрака заклинанием соблазнения. Он смутился и ушёл в стену. Это было и смешно, и грустно. — Ну что, — сказал он, подходя к своему столу. — Раз уж ты так яро отстаиваешь своё право быть моей единственной и неповторимой ассистенткой, можешь проявить инициативу и сходить за завтраком. Только, ради всего святого, выбери что-нибудь, что не светится в темноте и не шевелится на тарелке. И никаких сделок!

Маша всё ещё пытаясь прийти в себя, лишь кивнула и поспешила в комнату, чтобы переодеться, чувствуя, как внутри гремит смесь из смущения, злости и какой-то необъяснимой, глупой радости. Этот мир определённо никогда не будет скучным.

Завтрак оказался на удивление… нормальным. Если не считать того, что «блины» были бледно-лилового цвета и пахли лавандой с дымком, а «омлет» имел лёгкий зелёный оттенок и хрустел на зубах, как будто в него добавили хрустящих насекомых.

Вкусно, но с постоянным осадком «что я, чёрт возьми, ем?».

После еды они погрузились в папку с делом Арины. Кассиан вёл себя как учёный, разбирающий сложный чертёж, выискивая малейшие несоответствия, перекрёстные ссылки. Маша, в свою очередь, старалась вытащить каждую мелочь из бабушкиного дневника, каждую смутившую её фразу, которая теперь могла обрести зловещий смысл.