Книга Кофейная Вдова. Сердце воеводы, страница 27 – Алиса Миро

Они вышли на морозный воздух. Марина шла впереди, слушая хруст снега под валенками. Позади сопела Дуняша с мешком «будущего бестселлера».

«Starbucks начинался так же, — думала Марина, глядя на серые крыши Верхнего Узла. — С идеи, что людям нужно не кофе, а место и атмосфера. А что у них в чашке — арабика или жареный корень одуванчика — вопрос маркетинга. Главное — правильно обжарить».

— Домой, Дуняша, — скомандовала она.

Они вернулись домой, когда солнце уже клонилось к закату.

Посреди избы выросла гора: мешок с «корнями», туес меда, горшки со сливками, связка мороженой рыбы и кусок говядины, завернутый в тряпицу. В избе было жарко — печь работала на славу. Марина посмотрела на сливки. На мясо.

— Если оставим здесь — к утру получим прокисшее молоко и тухлятину. Выкинем на крыльцо — получим ледяные глыбы, которые только топором рубить, или накормим всех соседских собак.

Она хлопнула в ладоши.

— Дуняша, не раздевайся. Начинаем складскую логистику. Нам нужно зонирование.

— Мясо и рыбу — в клеть, — скомандовала Марина, указывая на дверь в неотапливаемую пристройку, примыкающую к сеням.

Там гулял ветер. Температура была уличной, но без снега. Идеальная камера глубокой заморозки.

— На пол не клади! — крикнула она, видя, как Дуняша собирается бросить рыбу в угол. — Крысы сожрут. Вешай.

В потолочной балке клети торчали старые кованые крюки. Дуняша, встав на цыпочки, нанизала мороженые тушки и говядину на железо. Теперь они висели в метре от пола, недосягаемые для грызунов, скованные морозом.

— Принято, — кивнула Марина. — Температурный режим: минус пятнадцать. Срок хранения: до весны.

Они вернулись в сени — тамбур между улицей и жилой зоной. Здесь воздух был плотным, прохладным. Пар изо рта шел, но не сразу замерзал.

Марина прикинула кожей: градусов ноль или минус два.

— Сливки — сюда, — указала она на широкую лавку у стены. — Здесь они не замерзнут в камень, но и не скиснут.

Она проверила горшки. Сливки были живыми, дышащими.

— Нельзя оставлять открытыми. Впитают запах овчины и старых веников.

Марина нашла чистые льняные тряпицы, накрыла горловины, плотно обвязала бечевкой. Сверху придавила деревянными кружками.

— Герметичность условная, но сойдет. Мед тоже сюда. Ему жара вредна, расслоится.

Вернувшись в теплую избу, Марина топнула ногой по тяжелой плахе в полу.

— Люк. Открывай.

Дуняша поддела пальцами железное кольцо. Тяжелая крышка поднялась, обдав их запахом сырой земли, картофельной плесени и затхлости. Марина взяла лучину и посветила вниз. Земляной пол, полки вдоль стен. Температура там держалась стабильная — плюс четыре, плюс шесть. Идеально для овощей.

В темноте что-то прошуршало. Мелкое,серое тело метнулось в угол. Писк.

— Грызуны, — поморщилась Марина. — Нарушение санитарных норм. Они нам всю репу погрызут и заразу разнесут.

Она закрыла люк. Огляделась. Афоня сидел на печи, свесив ногу, и наблюдал за суетой женщин.

— Афоня, — обратилась к нему Марина официальным тоном. — Есть вакансия. Начальник службы безопасности склада.

Домовой навострил уши.

— Задача: периметр подпола и клети. Ни одна мышь не должна пройти. Крыс — ликвидировать без предупреждения.

Афоня фыркнул. Мол, много хочешь, хозяйка. Я дух, а не кот.

— Оплата, — Марина указала на горшок со сливками, который оставила в тепле для «производства». — Блюдце жирных сливок каждый вечер. И горбушка с медом.