Книга Подарок судьбы, страница 20 – Любовь Хилинская

Наверное, он совершает ошибку. Или нет. Скоро это станет ясно.

Утро следующего дня наступило слишком быстро. Я все еще не понимала, могу ли я принять приглашение Дмитрия Ивановича, не будет ли это с моей стороны наглостью. По сути, он сильно рискует, беря в дом совершенно незнакомого человека. Мало ли какая я… Тем более, с ребенком. Конечно, будучи акушером, он привык к детскому крику, но одно дело — на работе, совсем другое в своем доме. И еще вопрос, как отнесется его семья к такому вот затяжному визиту посторонней девицы. Об этом он, наверное, не подумал. А я подумала. Всю ночь размышляла, что мне делать. Папа любил приговаривать — «дают — бери, бьют — беги», но я оказалась в таком замешательстве, что не могла решить, стоит ли ввязывать в мою проблему доброго доктора. Тем более, мужчину. Тем более, такого красавца. Он сто процентов или женат или в отношениях. И как бы этот поступок не повлек за собой для него неприятности.

С другой стороны, выхода иного так и не нашлось. Я звонила маме и вечером поздно и рано утром, все время в ответ мне раздавались короткие гудки. Как и у Дани. Ему я тоже насмелилась позвонить и была удивлена, услышав «пи-пи-пи» вместо «абонент временно недоступен». Пересилив себя, написала в мессенджер, но поняла, что он меня там заблокировал.

Какая ж я дура! Сейчас уже можно понять, что он меня не знакомил с друзьями и родственниками, мы никуда почти не ходили, а если ходили, то быстро возвращались назад под разными предлогами. Я не понимаю, чего ему от меня было нужно. Ну, кроме секса, конечно. До Дани мужчин у меня не было, и я считала, что после слов «я тебя люблю» можно переводить отношения в горизонтальную плоскость. Просчиталась.

Соседки по палате с самого утра начали прихорашиваться — завивали кудри, красились, складывали вещи, а я тупо сидела в кровати, держа Ванюшку на руках и баюкая его. Не для кого мне краситься и завивать волосы.

— Даш, давай-ка сюда иди! — Юля, одна из девушек, подошла ближе. — А то сидишь с опухшей физией, будто не из роддома выписываешься, а с похоронного бюро. У нас тут радостное событие — мы людей новых родили. Так что не время грустить. Время завивать волосы.

Я отнекивалась, но она оказалась очень настойчивой, усадила меня на стул и едва ли не насильно накрутила плойкой мои волосы, послушные в ее руках, превратившиеся в ворох волн.

— Красотка! — вынесла вердикт Таня, цокнув языком. — Еблан твой мужик, что такую девку бросил. Вот увидишь, еще приползет к тебе с поджатым хвостом. Только ты не принимай. Раз он свою козлиную сущность один раз выказал, он и второй раз также поступит.

— Да я вообще… — смутилась я, пряча глаза. — Вряд ли он появится.

— Появится, куда он денется, — хмыкнула третья девушка, Оля. — Мой папаша носа не казал несколько лет, ему парня хотелось, а мамка меня родила. Тогда с УЗИ еще плохо было, вот ему сюрприз оказался. Ну а потом заявился, мол, общаться хочу с ребенком. К мамке подкатывал опять, да только она уже перегорела к нему, выгнала из дома. Мне уже десять лет было, какое общение! Я потом узнала, что он женат и там в браке еще двое детей. Козлина он, как и твой. Приползет, не сомневайся!

— Так, девочки, мы марафет навели, давайте чай пить! — Таня щелкнула кнопкой чайника и зашуршала пакетами с разными вкусностями, которые ей принесли родственники. — У меня тут осталась гора всего, пока не съедим, с места не сдвинемся.