Книга Тень и пламя, страница 179 – Рина Рофи

От этих слов у меня внутри все перевернулось. Лилия Багровая. Не Теневая. Чужая фамилия, которая должна была стать моей. Которая стала бы моей через месяц, хочу я того или нет. Я почувствовала, как по шее и щекам разливается густой, предательский жар. Я опустила взгляд, словно могла скрыть свое смущение.

А Рэй... Рэй смотрел на меня. Я чувствовала его взгляд на себе, тяжелый, горячий и безмерно довольный. Он не говорил ни слова, но его молчание было красноречивее любых слов. Он наслаждался этим. Наслаждался моим смущением, моей растерянностью перед лицом его семьи, перед неизбежностью моего нового статуса. Он видел, как его тетя, железная Линда, вбивает в меня этот простой, неумолимый факт, и он был счастлив.

Линда, заметив и мой румянец, и самодовольную ухмылку племянника, фыркнула.

— Вижу, что не совсем, — сухо констатировала она. — Но привыкнешь. Фамилия — это не просто слово. Это кожа. Ее нужно носить. И защищать. — Она встала. — Ладно, хватит на первый раз. Покажу тебе твои будущие покои. Рэй, не зевай.

Она вышла из зала, и я, все еще пылая, бросила на Рэя яростный взгляд. Он в ответ только шире ухмыльнулся, подошел ко мне и, этот наглый до мозга костей провел пальцем по моей раскаленной щеке.

— Ничего, колючка, — прошептал он. — Скоро ты и к этому привыкнешь. Как и ко всему, что связано со мной.

Положив руку мне на поясницу, он повел меня за своей тетей, вглубь логова Багровых, в мое будущее, от которого уже не было спасения. Линда провела нас по широкому коридору, устланному шкурами, и остановилась перед массивной дубовой дверью. Она отворила ее.

— Это будут ваши покои, — объявила она, отступая в сторону и пропуская нас вперед.

Я замерла на пороге, и у меня перехватило дыхание. Комната была огромной, занимая, похоже, целое крыло второго этажа. Но не размер поразил меня больше всего.

Панорамные окна в пол открывали потрясающий вид на бескрайнюю, свинцовую гладь залива, упирающуюся в линию темного леса на горизонте. Свет заходящего солнца заливал все пространство золотым огнем. От окон вел выход на просторный балкон с коваными перилами.

А внутри... внутривсе было выполнено в теплых, глубоких тонах дерева и алого. Темный, почти черный паркет, стены, обшитые панелями из красного дерева, массивная кровать под балдахином из тяжелой бардовой ткани, кожаные кресла у камина. Это было не просто помещение. Это было логово в логове. Место наследника. Место силы.

— Цвета нашей крови и нашей земли, — голос Линды прозвучал сзади. — Здесь жил Оскар, прежде чем стал Альфой. Теперь здесь будет жить Рэй. И ты вместе с ним.

Я чувствовала, как по спине бегут мурашки. Это было слишком сильно, слишком реально. Слишком... навсегда. Рэй вошел внутрь, его взгляд скользнул по знакомым стенам, и на его лице появилось странное, сосредоточенное выражение.

— Нравится, колючка? — спросил он, не оборачиваясь.

Я выдохнула, и слова сорвались с губ тише шепота, пропитанные неподдельным изумлением.

— Очень...

И тут же, как по сигналу, волна смущения залила все мое лицо, снова предательски раскраснев щеки и шею. Я потупила взгляд, чувствуя себя нагой под тяжелыми взглядами этой комнаты и его семьи.

Рэй повернулся и, увидев мое состояние, мягко улыбнулся. В его глазах не было насмешки, а лишь теплое, понимающее удивление.