Книга Лунный свет среди деревьев 2, страница 88 – Екатерина Боброва

– Отец, – попытался вмешаться Вэньчэн, но его снесло, впечатав в сосну, а меня придавило сверху, заставив рухнуть на колени. И я в полной мере осознала, что властелин драконьего трона – не просто титул, а еще долгие годы тренировок и сила, которой можно позавидовать. Я едва могла дышать, голова кружилась, из носа капала кровь.

– За века, минувшие со времен договора с королем драконов, лишь один из моих предков смог достичь полного единения. Он попал под обвал в горах, и дракон пожертвовал силой, чтобы его спасти, сам растворившись в человеке. Выжили оба, только душа моего предка оказалась связана с огненным духом. Но даже он не позволял себе долго держать дракона взаперти. Вы же влияете друга на друга!

Наверное, я побледнела, ну или отец прочел это на моем лице, потому как сорвался на крик.

– Ты хоть постигла – я не смог бы спасти тебя, если бы ты набросилась на кого-то?! Или принялась жечь все вокруг?!

Щеки полыхнули от стыда, я опустила голову. Если бы я сожрала ту наложницу… Это было бы проблемой.

– То есть слухи о шаманке со взглядом зверя на самом деле правда? – донеслось потрясенное от сосны.

– Ты еще осознаешь, сын, сколь это непросто отделять свои эмоции от эмоций духа, – сурово заявил император, чуть ослабив давление. Я поспешно вздохнула – легкие уже пекло. – Именно поэтому я держу Чисяо здесь. Она меня сопровождает лишь в путешествиях или на важных встречах. Иначе…

И он замолчал, давая нам возможность осознать: человек может стать драконом, если позволит себе поддаться эмоциям духа или раствориться в них.

– Твоя связь с драконом, сын мой, будет укрепляться постепенно. Пламя привяжет ее к тебе, позволит чувствовать эмоции. Затем она сама выберет форму.

Ханьлинтихонько свистнул. В воздухе сверкнул огонек, и на правом плече императора возникло навершие в виде золотого дракона. Очень реалистичное, между прочим. А потом оно повернуло голову и подмигнуло мне. И я поняла, что хочу такое же. Или нечто подобное.

– Твоя связь Линь Юэ, наоборот, слишком крепка. Поэтому твой дракон пока останется здесь. Чисяо за ним присмотрит. Ты сможешь видеть его ежедневно, но не вздумай более заключать его в темницу своего сердца.

Я нехотя кивнула, а сердце заныло при мысли, что нам придется расстаться даже на короткое время. Оно протестовало, вовсе не считая себя темницей.

– Касательно твоего испытания, дочь моя. Я мог бы его отменить и даровать тебе титул Старшей принцессы, но… – и его величество выжидающе замолчал, давая мне продолжить.

– Это породит ненужные разговоры о том, что я недостойна. Я все понимаю, ваше величество и готова пройти испытание.

– Речь настоящей принцессы, – одобрительно кивнул отец.

Как будто испытание уменьшит разговоры… Их и так будет много. Чтоб гарему лопнуть от сплетен или получить несварение от зависти… Личный дракон… Такого ни у одной из них нет и не будет.

Император остался со своим драконом, а нас мягко, но настойчиво отправили прочь. Я шла, оглядываясь, но дракоша беспокойства не проявлял, наслаждаясь полетом и общением со старшей.

Что же… отец прав – моему дракончику требуется свобода. Он все детство провел в клетке, потом были короткие полеты тайком в лесу, ночи на жаровне. Жалкая имитация настоящей воли.

Хватит вести себя наседкой. Никто его здесь не обидит. Лучше подумать о том, как его звать. Сяо Лун – так будет правильно.