Книга Пепел наших секретов, страница 119 – Ева Ланси

После моего признания рыдания Сирены резко прекращаются и, убрав ладони с лица, она смотрит меня покрасневшими глазами. Ее взгляд прожигает насквозь.

– А ведь я могла все простить. И даже понять тебя, – отчеканивает она железным голосом. – Отчасти я даже понимаю тебя, действительно. Я не знаю, что бы я делала, если бы мне пришлось выбирать между тобой и братом, но точно уверена, это был бы нелегкий выбор.

Я задерживаю дыхание, сжимая кулаки.

– Я сейчас очень злюсь на тебя за то, что именно из-за тебя Дасти пришел к тому месту. Но спустя время я смирюсь и пойму, что ты не сделал это специально. Это гребаная судьба.

К чему Сирена ведет?

– Но я никогда не смогу тебя простить за то, о чем ты даже не упомянул сегодня. За то, что ты оставил меня, когда мне было больно. Ты, Кей, оставил меня во всем ужасе одну.

– Извини, – в который раз за вечер произношу я.

И чувствую огромную вину.

Но на тот момент я считал, что поступаю правильно.

– Мне и так было противно от себя, что я вступил с тобой в отношения, понимая, что буду тебе лгать. – Жалкие оправдания, конечно, но я больше не оставляю за собой перед Сиреной никаких недомолвок. – А после того как частично из-за меня Дасти был убит… Да я вообще был в шоке только от его смерти. Как бы я смотрел тебе в глаза, зная всю правду?

– Как я тебе смотрю в глаза сейчас, – холодно отвечает девушка и добивает, повторяя только что сказанное мной: – Зная всю правду.

Боже.

Сколько в ней силы.

– Мы пережили много дерьма, Кей. И могли пережить все на свете. Я бы поняла и простила тебя. Даже несмотря ни на что, простила бы. – Сейчас будет но. – Но я никогда не смогу принять, даже от тебя, что в самый тяжелый момент ты не то что не подаешь мне руку помощи, ты оставляешь меня в моей боли. Одну. Я не просила никогда бегать со мной и возиться, как с ребенком. Я не избалованная маленькая принцесса. Но беда может произойти с каждым – и я в курсе теперь, что в такие моменты никогда не смогу рассчитывать на твою защиту.

Я киваю.

Ответственность – вот что имеется в виду, даже если Сирена не говорит об этом прямо.

Каждый раз я избегал ответственности – за свои слова, за поступки, за отношения. Сообразив, что случился перегиб, я просто предпочитал отстраниться. Найти сто причин, но никогда не бороться, не защищать ни себя, ни близких.

Конечно, Сирена не может доверять мне, и в том исключительно моя заслуга.

– Я только сейчас осознаю, что должен был в тот день поступить иначе. – И еще раз гребаное: – Прости.

– Сейчас ты бы поступил иначе?

– Я бы не отпустил тебя никуда. Мы бы пережили смерть Дасти вместе. Я бы рассказал тебе правду, ты бы злилась, но я бы все равно не оставлял тебя.

Именно так я и должен был сделать.

Помогать своей девушке.

Бороться за наши отношения.

Давать ей уверенность, что она не одна в этом жестоком, гребаном мире. Мы вместе, и все переживем.

– Не верю больше.

– Дай мне шанс, Сирена. – Жуть, насколько жалко звучит фраза. Как в плохой мелодраме. Но почему-то столь естественно в сложившейся ситуации.

Я не достоин ни единого шанса, но это не означает, что мне он не нужен.

– Тихо, – прерывает меня девушка. У нее снова глаза на мокром месте, а голос становится жалобным.

Я сам себе не верю, но я по глазам читаю, как ей хочется дать мне этот гребаный шанс, эту маленькую надежду, но объективные причины не дают ей этого сделать.