Книга Она пробуждается, страница 42 – Джек Кетчам

Не могла до этого момента.

Они остановились, чтобы перевести дух. Было четыре часа дня, но солнце все еще припекало. Вокруг – ни одной живой души. Пляж остался позади. Вдалеке она слышала металлический звон колокольчика козы. Больше ничего. Только абсолютное умиротворение. Привычная греческая безмятежность.

Дорога была немощеной и каменистой. Билли огляделась по сторонам.

– Как думаешь, тут есть змеи?

Доджсон покачал головой:

– Сомневаюсь. Уже слишком поздно. В любом случае, из ядовитых змей в Греции – только гадюки. И если вести себя осторожно, они ничего тебе не сделают. Иногда можно увидеть, как они греются на солнце на тропинках вроде этой, но нужно просто смотреть под ноги, и тогда не наступишь на них. Они довольно крупные. А что? Боишься змей? Я думал, ты опасаешься кошек.

– Не я. Мишель. Она говорит, что старается держаться подальше от таких вот троп среди камней.

Билли показала на невысокие каменные стены, которые тянулись вдоль тропы в нескольких ярдах от них.

– Видишь вон там? Их построили, чтобы сдерживать дождевую воду, которая сходит со склона. Здесь вероятнее всего встретить змей. И если забраться туда в середине дня, надо быть осторожным. Но в остальном бояться нечего. Я ей так и сказала.

Они пошли дальше. Билли радовалась, что они решили вернуться с пляжа этой тропой, а не на пароме вместе с Мишель и Дэнни. У нее появилась возможность побыть с Доджсоном наедине и обдумать все, что он рассказал ей про Лейлу после того, как они искупались. Наверное, ему было жутко такое пережить, мучительно. Без сомнения, агрессивные женщины вызывали у Доджсона чувство робости, возможно, у него вообще были сложности в общении с противоположным полом.

Она его хорошо понимала.

Но теперь он снова взял ее за руку, и она подумала, что хотела бы поцеловать его. Удивительно, но ей в самом деле этого хотелось. Она испытывала к нему тихое теплое чувство.

Тропа начала расширяться. Теперь на ней было достаточно места, чтобы они могли идти бок о бок, а сама дорога стала прямой и гладкой, но Доджсон продолжал держать ее за руку. Билли посмотрела на него и улыбнулась, и он улыбнулся в ответ.

Затем они стали спускаться вниз и вскоре в поле их зрения возник причал, а за ним – автобус, который отвезет их в город. И Билли вдруг поняла, что это должно произойти сейчас или никогда.

– Давай кое-что попробуем? – предложила она, останавливаясь и поворачиваясь к нему лицом.

Он посмотрел на нее сначала с удивлением. А потом все понял.

– Да, думаю, можно.

– А если ничего не получится, мы просто…

Он улыбнулся.

– Мне кажется, у нас все получится.

Она упала в его объятия. Его губы, его руки у нее на спине, – эти ощущения были приятными, обволакивающими, чудесными.

– Ты такой нежный! – сказала она и услышала удивление в собственном голосе.

Садлие

Через двадцать минут Садлие наблюдал, как они выходят из автобуса.

– Вон та, – сказал он. – Блондиночка. Британка.

Дюлак кивнул.

Их столик находился на холме, в отдалении от автобусной остановки и немного наискосок, поэтому британка и американец их не заметили.

Дюлак продолжал понимающе кивать. Дюлак дурачина. Рут втянула через соломинку последние капли лимонада и сощурила глубоко посаженные глаза, рассматривая женщину.

– Фу! Она не такая красивая, как я думала!