Книга Тень прошлого, страница 87 – Elza Mars

Она осторожно коснулась щеки Габриэль, заставляя её отвлечься от пугающего видения.

— Он берёт нашу боль и делает её своим оружием, — голос Зены звучал низко и хрипло.

Символ на её предплечье жёг кожу. В сознании воительницы проносились картины былых сражений, слышались стоны павших и лязг холодного металла. Тьма внутри неё жадно тянулась к источнику силы в центре зала.

Там, на алтаре, покоился кристалл, в сердце которого билось леденящее чёрное пламя — не горячее, а высушивающее, вытягивающее тепло из костей.

Рядом застыли три ритуальные чаши, отмеченные знаками: перевёрнутой звездой — клеймом Зены, кругом с точкой — светом Габриэль, и треугольником с глазом — путём Лиры.

— Кристалл требует подношения, — Зена на мгновение заслонила Габриэль собой, обнажая меч. Клинок мерцал неуверенно, отражая внутреннюю борьбу своей хозяйки. — Он ждёт одну из нас.

Внезапно кристалл вспыхнул, и из него вырвался столб тьмы, принявший форму человека. Это был мужчина в капюшоне — тот, кто встречался с Лирой и Морриган. Но теперь капюшон спал, и все увидели его лицо. Оно было знакомо.

— Отец… — выдохнула Лира еле слышно.

Её слова повисли в тяжёлом воздухе. Да. Это был её отец — но не живой, а сотканный из теней, из осколков памяти, из тьмы, что поглотила его. Его глаза светились, как угли, а на ладони горел тот же символ,что и у Лиры.

— Вы пришли, — произнёс он, его голос звучал одновременно отовсюду, проникая в сознание. — Но готовы ли вы увидеть правду?

Габриэль почувствовала, как по спине пробежал холод, и невольно потянулась к руке Зены. Воительница перехватила её ладонь, на мгновение крепко сжала пальцы подруги, передавая ей свою силу, а затем мягко отстранилась, обнажая меч.

— Мы не ищем правду в твоих словах. Твои слова пропитаны ядом, старик. Нам не нужна правда из уст мертвеца, — отрезала Зена.

Сталь зазвенела, но звук был глухим, будто поглощённым стенами.

— Тогда ищите её в себе, — призрачная фигура взмахнула рукой, и знаки на стенах вспыхнули зловещим светом.

Пространство исказилось, разделяясь на три пути, три видения, три испытания, бьющих в самое сердце:

1. Путь Зены — образ её отца, его лицо искажено болью, а за спиной — армия, идущая в огонь. Внизу надпись: “Ты повторишь его судьбу”. В отражении Зена увидела себя — с алыми глазами, с усмешкой, которой она боялась. Тьма внутри неё зашевелилась, соглашаясь. Зена стиснула зубы, чувствуя, как Габриэль снова прижалась к её плечу, пытаясь удержать её на краю этой бездны.

2. Путь Габриэль — сцена из её детства: дом, охваченный пламенем, и голос матери: “Ты должна выжить”. В воздухе витает запах моря, хотя до побережья сотни миль. Габриэль почувствовала, как слёзы жгут глаза, но не от горя — от ярости. Она не хотела снова быть бессильной. Она больше не хотела быть той девочкой, что умеет лишь убегать. Она взглянула на Зену, и в этом взгляде читалась готовность сжечь мир дотла, лишь бы защитить их любовь.

3. Путь Лиры — её отец, стоящий перед вратами, его рука протянута к ней, но в глазах — пустота. Символ на его ладони жжётся, оставляя след. Лира сжала кулаки — она знала: это не он. Это маска, которую носит тьма. Она видела ложь в каждом его движении.

— Каждая из вас несёт бремя, — сказал мужчина (или то, что им казалось её отцом). — И каждая из вас — ключ. Но только одна может стать замком.