Онлайн книга «Ужас Рокдейла»
|
Отец Тадеуш, услышав такое от малышки, лишь печально вздохнул, а потом продолжил свои расспросы: — А как тебя зовут, дитя? — Я фам этого не сказу, вы неснакомый постолонний человек, — с хитрой улыбкой, обнажившей ее беззубый ротик, ответила девчушка. — Ну мне уж ты можешь это сказать: я ведь священник, мне любой человек может доверить свои самые сокровенные тайны, ты не должна меня бояться. — А я и так вась не боюся, вы смисной, а не стлашный. Но сто снасить священник? — О, священник — это служитель церкви, то есть это человек, который является слугой Бога и служит Ему для того, чтобы, кхм, ну, поддерживать связь между Ним и людьми. Ты ведь знаешь, кто такой Бог, деточка? — Снаю, мне папинька говорил, сто это злой дятька на небесах, который забраль мою мамоську, снасит, если вы ему слузити, то вы осеня плохой человек, — рассерженно сказала девочка, сжимая маленькие кулачки. Она достала из кармашка на платьице еще одно яблоко, метнула его в священника и, выкрикнув на прощание: «Воть и васе дулацкое вотохланилисе», бросилась бежать. К счастью для Тадеуша, яблоко в этот раз пролетело мимо. Святой отец разочарованно посмотрел девочке вслед и, покачав головой, пошел к уже показавшемуся впереди водохранилищу выполнять возложенную на него миссию. Спустившись вниз первым, детектив, включив фонарик, сначала осмотрелся. Около его ног, мерно покачиваясь, словно кораблик на волнах, проплыл какой-то мусор. Вокруг не было ни души — отсутствовали даже крысы, которые обычно целыми стаями шмыгают по канализации. Не заметив ничего подозрительного, Питер полез назад, чтобы помочь спуститься Фрэнку. С трудом держась трясущимися руками за перекладины и осторожно переставляя ноги, Дуглас с помощью детектива медленно начал спуск в «родную» стихию — место, где он провел немалую часть своей жизни, трудясь изо дня в день, чтобы его семья ни в чем не нуждалась, пусть порой и приходилось проводить весь рабочий день, увязнув по пояс в моче и фекалиях. И хотя семьи у него больше не было, он все равно продолжал каждый день приходить на работу и выслушивать ехидные замечания и колкие упреки Макса Грина, которого совершенно не смущало то обстоятельство, что человек за небольшой промежуток времени потерял всех дорогих его сердцу людей. Делал Фрэнк это не потому, что настолько сильно любил свою работу или ему не хватало денег на жизнь, — вовсе нет. Начальника своего он ненавидел — в общем-то, как и все, кто трудился на Макса Грина, — средств же к существованию у него было предостаточно. Накоплений в банке вполне хватило бы на все оставшиеся ему годы, ведь тратить деньги, кроме как на самого себя, ему было не на кого, а потребности его были крайне скромными. Разгадка была проста: если бы не его дело, он давно бы уже сошел с ума или покончил с собой. Работа была для него последней ниточкой, связывающей его с этим миром, сухой тростинкой, державшей на плаву. Закончив спуск вместе с Дугласом, детектив Фальконе, прежде чем начать путешествие по царству вони и дерьма, решил первым делом проверить связь и, достав рацию, попытался связаться с Ричардом. — Прием, Ричард, прием, ты меня слышишь? Мы внизу, начинаем двигаться к задвижкам. Как меня слышно, прием… Никакого ответа на все его посылаемые запросы не было. Питер раз за разом пытался перенастроить устройство, стуча кулаком о рацию. Но тщетно. |