Книга Улей, страница 97 – Тим Каррэн

Но я не выживу.

Если ветер и снег не покончат со мной, это сделают твари. Сейчас они собрались за палаткой, жужжат, пищат и заполняют мое сознание жуткими образами. Я не чувствую боли. Их вторгнувшийся разум господствует, чистый и неподвластный времени. Я не могу отказаться от того, что они мне показывают, говорят, открывают. Боли нет. Только пустая вожделенная сладость, так ощущается смерть. Они позволяют мне писать, поглощая меня, и я рассказал бы, что они мне показывают, будь у меня время. Но этому не суждено случиться. Я не могу выразить в словах, что они и кто они, и – что еще хуже – ЧТО и КТО мы сами.

Потому что я знаю знаю знаю

Контролируемый эксперимент это все контролируемый эксперимент от амеб до мух до волков до обезьян до людей о безмятежность первобытного зеленого океана матери жизни протошоггота сада мертвых

я они и они я безмятежность чистота посев жатва первичное белое желе спираль начало и конец старцев старцы знают они зовут меня по имени

я видел лик бога космического властелина поколений

кто я и кто я и что я

старцы создатели и поработители

я улей да будет благословенно имя улья

26

СТАНЦИЯ «ХАРЬКОВ»

– Мы здесь пробиваем лед толщиной почти в милю, чтобы добраться до озера Вордог, – сказал доктор Гандри Хейсу в буровой вышке на следующее утро после обнаружения тела Мейнера. – Мы перестанем бурить примерно в ста футах от озера и выпустим криобота, который расплавит остальную часть пути. Почему? Почему мы не бурим до самого озера? Очень просто. Мы не хотим как-либо загрязнить это озеро. Не забудьте, мистер Хейс…

– Лучше Джимми. Просто Джимми…

– Хорошо. Так вот, Джимми, озеро Вордог – это нетронутая масса воды, незагрязненная микроорганизмами сверху, и в таком состоянии она находится почти сорок миллионов лет. Последнее, что мы хотим, – выпустить в воду какой-нибудь организм. Экосистема внизу может радикально отличаться от любой другой на земле, и мы не хотим рисковать ее загрязнением.

Гандри был весьма взволнован, особенно потому, что рассчитывал со своей командой добраться до озера к концу дня. Сейчас они были чертовски близки. Хейс пытался разделить их энтузиазм, но у него снова было дурное предчувствие, которое подсказывало ему, что, может быть, озеро следовало оставить в покое.

Но его в покое не оставят.

Эти ребята не остановятся, пока не откроют ящик Пандоры и не выпустят все зло наружу. Их интересовали не только биология, геология и химия озера Вордог. Здесь была необъяснимая и потому интригующая магнитная аномалия. Год назад эту аномалию обнаружил СОАП[34]– офис аэрогеофизических исследований. Хотя южный геомагнитный пояс оказывает влияние на геомагнитное поле земли и время от времени вызывает небольшие магнитные аномалии, ни одна из них не объясняла то, что было зафиксировано: мощный самовоспроизводящийся источник интенсивной магнитной энергии.

Этому просто не было объяснения.

По крайней мере, никто из ученых не пытался это объяснить.

Гандри, геолог из Калтеха, был менеджером проекта. Под его начальством работали пять человек, и они почти не покидали буровую установку, обычно и спали, и ели там.

Гандри попытался все объяснить Хейсу. Работы осуществлялись НАСА как часть подготовки к полету на Европу и миссии криоботов на Марсе. Известный как АТЗ, активный термальный зонд, криобот пробьется через северную полярную шапку Марса, а со временем и через замерзшую кору Европы. Криобот, который использовался в зонде на озере Вордог, был аналогичен тем, которые собирались применять на Марсе и на замерзших спутниках Юпитера. По сути, это было нечто вроде роботизированного подводного аппарата, цилиндрический зонд примерно десяти футов в длину и шести дюймов в диаметре с разогреваемым носовым конусом, который должен был растопить лед и бурить с помощью криогенной, или низкотемпературной, жидкости.